Освободите тело для спецназа

всех ребят на причале, — сказал он вопросительно смотревшим на него парням.
Те сразу помрачнели.
— Как же так…. Они ведь его ждали! — растерянно пробормотал один.
— Этот парень, наверняка профессионал, — пояснил Тоффер с нотками сожаления в голосе. — И у вас есть шанс надрать ему задницу, если не боитесь, конечно! — сказал он отворачиваясь, зная, что наживку наверняка заглотят.
— Поехали! — тут же весьма чувствительно ткнул кулаком в спину Тоффера тот, что был постарше. — Мы должны привезти Алексу его голову!
Киллер не заставил себя долго упрашивать и усмехнувшись, нажал акселератор до отказа. Фургон рванулся с места и помчался, набирая скорость. Форсированный двигатель мерно гудел и машина стелилась над дорогой, оставляя позади милю за милей.
Рудди особо не беспокоился. Через полчаса или час он этого парня догонит. Деться ему некуда — впереди на двадцать миль ни одного отворота, а если он и свернёт с шоссе на какую-нибудь грунтовку, ведущую к ферме, то какой дурак будет с ним разговаривать в пять утра? А через двадцать миль бензоколонка. Машин ночью совсем мало и светлый форд хозяин наверняка приметил.
Глеб же не сомневался, что спокойно добраться до Дейтона ему не дадут. Как пить дать, организуют погоню и выставят, где смогут, заслоны. Если мафиози сумели выслать на его поиски вертолёт и перекрыть за сорок минут после обнаружения берег, то с ними следовало считаться. Людей у них видно достаточно.
«Надо будет переждать где-нибудь часа три-четыре, а затем рвануть в другую сторону, — подумал он. — Где, где, а уж обратно в Клинтоне они нас не ждут!» Эта мысль пришла ему в голову, когда он отмахал от города километров пятнадцать. «Заодно и поспим немножко, а повезёт, так и Митчеллу удастся позвонить!»
Сержант чуть сбавил скорость и начал внимательно присматриваться по сторонам. Фары выхватывали полосу кустов и деревьев, вплотную подступавших к шоссе. Просеку и уходящую вправо по ней дорогу, он проскочил через пару минут. Резко затормозив, от чего ойкнула Вика, он сдал назад и свернул на грунтовку.
— Не боись, подруга! Переждём, пока погоня прокатит, да рванём в другую сторону!
— Ты думаешь, они за нами гонятся?
— А кто их знает! Но бережёного — и Бог бережёт!
Глеб плавно крутил руль, вписываясь в изгибы петляющей по лесу дороги. «Интересно, куда она нас выведет? Хотя, какая разница, всё равно надо рассвета дожидаться!» И он свернул налево, заметив выхваченный фарами небольшой прогал.
Часы показывали пять тридцать.
— Здесь пока остановимся, — заглушил он мотор и вылез, вслушиваясь в предрассветную ночь. Кругом было тихо. Лес еще не проснулся.
Сержант снова забрался в машину и прикрыл дверцу.
— Я покемарю час-полтора, — повернулся он к Вике, — а ты, если хочешь, можешь устроиться на заднем сиденье, там попросторнее.
— Я спать не хочу, — отказалась девушка, — а ты ложись, я покараулю.
— Я малознакомым девицам караульную службу не доверяю, — улыбнулся Глеб. — Ты лучше мне тогда расскажи, если спать не хочешь, как вы вляпались в эту историю.
— А что там рассказывать! Очень просто вляпались, как все. Меня Борька Грошев из барнаульского «Интерсервиса» в Китай сосватал. Я официанткой работала в Шаньяне, ресторан «Тай Хуа». Хороший ресторан, красивый. А сзади комнаты, где русские девушки китайцев ублажают. Месяца не прошло и меня заставлять начали. Неделю голодом морят, а потом запрут в комнатёнку, окошко откроют и морозят тебя, как таракана. Девчата и сдаются. А мы с Танькой, ни в какую!… Ни в ка-а-кую…. — захлюпала носом в темноте Вика, и Глеб понял, что девушка вспомнила убитую Мясником подругу. — С нами ещё Света была… — сквозь тихий плач разобрал Глеб, — воспаление… лёгких….
Сержант сидел не шевелясь, лишь желваки ходили на скулах, да горло стягивало тугим обручем от этих горестных всхлипов.
Спустя несколько минут Вика успокоилась.
— Когда Света умерла, китайцы переполошились, вдруг власти что узнают, и нас продали, от греха подальше. Накачали наркотиками и переправили в Гонконг, а оттуда в Штаты. И оказались мы в публичном доме в Дейтоне. Ну американцы с нами вообще не церемонились. Изнасиловали хором на третий день. Первых то два дня, — всхлипнув, пояснила Вика, — нас анализы водили сдавать. А мы с Танькой, дуры, всё удивлялись: надо же, медицина у них какая?! Столько анализов берут, будто мы в космонавтки записались!
Она несколько секунд помолчала:
— Усмирили они нас быстро. Вколют дрянь какую-то, а дальше сплошная жуть — от боли на стенку лезешь и орёшь, как резаная. А негритос, которого к нам приставили, только посмеивается, да ещё и держит тебя, говнюк, так что не вырваться! А от этого