От любви не спрячешься

так расстроена?
Себастьян равнодушно пожал плечами?
— Понятия не имею.
— Я, возможно, и стар, но пока еще не страдаю слабоумием. И прекрасно знаю, что вы с ней встречаетесь.
— Уже все в прошлом. — Даже услышав свои слова, Себастьян не мог поверить сказанному.
— Такая хорошая, милая девушка. Как больно видеть ее расстроенной!
— Что за ерунда! Она вовсе не хорошая, милая девушка! — взорвался Себастьян. — Я твой сын, но, судя по всему, тебя вовсе не волнует, что и я тоже могу расстроиться.
Кустистые брови Леонарда сдвинулись у переносицы.
— Разумеется, волнует. Просто я решил, что именно ты положил конец истории.
— Нет.
— Так ли?
Себастьян сел на тахту и закрыл лицо руками, хотя на самом деле ему отчаянно хотелось пробить головой стену или расшибить об нее голову — как получится.
— Все шло великолепно, замечательно! И вдруг, совсем по-женски, ей понадобилось все испоганить!
Леонард слегка отодвинул пакет и присел рядом с сыном.
— Что же все-таки произошло?
Себастьян уронил руки на колени.
— Если бы я что-нибудь понимал. Все было прекрасно. А потом мы встретили ее бывшего парня, и после этого она вдруг объявила, что хочет большего. — Он глубоко вдохнул и с шумом выдохнул. Ему до сих пор не верилось, что все случилось наяву, а не во сне. — Заявила, что любит меня.
— И что же ты на это сказал?
— Не знаю. Ее признание выбило меня из колеи. Словно громом ударило. — Себастьян повернулся и посмотрел на отца. И вдруг понял, что всего лишь второй раз в жизни они разговаривают о чем-то, кроме рыбалки, машин и погоды. Первый раз это произошло тогда, когда из его рук выпал «волшебный шар». Себастьян нахмурился. — По-моему, я сказал, что она мне нравится.
И это было правдой. Клер действительно нравилась Себастьяну больше, чем любая из женщин, с которыми ему доводилось встречаться.
— Ух, ты! — Леонард сморщился, словно от острой боли.
— Что же в том плохого? Да, она мне нравится.
Ему нравилось в Клер все. Нравилось класть руку на ее талию, когда они вдвоем входили в комнату. Нравился запах ее волос и звук смеха. Нравилось даже то, что все считали ее милой скромной девушкой, и лишь он один знал, какие порочные идеи рождаются в хорошенькой головке. И что же он получил в ответ на доброе отношение? Обвинения и разрыв.
— Боюсь, мы с твоей матерью показали не самый лучший пример любви, брака и человеческих отношений.
— Что, правда, то, правда.
Конечно, казалось очень заманчивым свалить неудачу на родителей. Но все-таки ему шел тридцать шестой год. Жалок тот мужчина, который в этом возрасте винит маму и папу в проблемах собственной личной жизни. В проблемах с обязательствами.
Проблемы с обязательствами? Женщины нередко говорили ему о подобных проблемах, но он им не верил. И никогда не думал, что будет не в состоянии осознать необходимость и взять на себя причитающуюся долю ответственности. Разве мало ответственности и чувства долга требуется для того, чтобы провести журналистское расследование? А чтобы написать и напечатать статью? Правда, это совсем иное дело. С женщинами разобраться куда сложнее.
— Мне казалось, что она со мной счастлива, — признался Себастьян, едва не сгибаясь под тяжким душевным грузом. — Так почему же нельзя оставить все как есть? Почему женщинам непременно требуется что-то изменить?
— Просто потому, что они женщины. Стремление к обладанию у них в крови. — Леонард пожал плечами. — Я старый человек, но так до сих пор и не смог их понять.
Послышался звонок. Леонард осторожно, с трудом поднялся. Спина у него явно болела.
— Сейчас вернусь.
Он вышел в прихожую и открыл дверь. Себастьян услышал резкий взволнованный голос Джойс:
— Клареста вызвала такси и выбежала из дома. Случилось что-то, что мне следует знать?
Леонард спокойно сказал:
— Мне ничего не известно.
— Между Клер и Себастьяном что-то произошло?
Себастьян почти ожидал, что сейчас отец выдаст постыдные подробности, и тогда его во второй раз в жизни изгонят из королевства Уингейт.
— Не знаю, — ответил Леонард. — Но даже если и так, дети уже взрослые и вполне в состоянии разобраться самостоятельно.
— Непозволительно, чтобы Себастьян ее обижал.
— А что, Клер сказала, что Себастьян ее обидел?
— Нет. Но она никогда, ни о чем мне не рассказывает.
— Мне тоже нечего рассказать.
Джойс вздохнула:
— Ладно. Если что-нибудь выяснишь, дай знать.
— Непременно.
Как только Леонард вернулся в комнату, Себастьян вскочил с дивана. Он не мог отделаться от странного беспокойства. Казалось, еще немного, и мир рассыплется