От любви не спрячешься

нарушать ваш только, что начавшийся медовый месяц.
— Совершенно уверена — Люси подула в чашку. — Ночью я подарила ему столько радости, что теперь он постоянно улыбается. Да и на Багамы мы отправимся лишь завтра утром.
Клер собственными глазами видела чудовищные экзерсисы Лонной и все же до сих пор не могла поверить, что нелепое зрелище не сон. Сердце рвалось на кусочки, а душа металась между гневом и болью. Она медленно, словно во сне, покачала головой:
— Просто не знаю, что теперь делать. Я до сих пор в шоке.
Мэдди аккуратно поставила чашку на блюдце, а блюдце на мраморный кофейный столик. Затем наклонилась к подруге:
— И все же, дорогая, ты не ошибаешься? Это действительно шок? Окончательный и бесповоротный?
— Разумеется, шок. — Клер смахнула с левой щеки слезинку — Ты о чем?
— Да о том, что мы все давно подозревали, что Лонни — гей.
Рука застыла в воздухе. Пораженная до глубины души, Клер неподвижно смотрела на подруг, уютно устроившихся в ее гостиной на прабабушкиных диване и кресле с подлокотниками.
— Как? Вы знали, что он голубой?
Все трое стыдливо потупились.
— И давно?
— С самой первой встречи, — призналась Адель своей чашке.
— И не сказали мне? Не предостерегли? Даже не намекнули? Ни одна из вас?
Люси взяла изящные серебряные щипчики и очень вдумчиво положила в кофе еще один кусочек тростникового сахару.
— Не хватило смелости. Ведь мы все тебя любим и не хотели расстраивать, причинять боль.
— Ну а, кроме того, нам казалось, что ты и сама это знаешь… то есть, конечно, до определенной степени.
— Да я даже не подозревала!
— Не подозревала? — удивленно переспросила Мэдди — Но ведь он делал столы из кусков стекла!
Клер непроизвольно прижала руку к сердцу.
— О Боже! Я считала его яркой творческой личностью!
— К тому же ты сама признавалась, что до секса дело доходило нечасто.
— У некоторых мужчин невысокий сексуальный потенциал.
— Но не до такой, же степени! — воскликнули все трое в один голос.
— Он постоянно ошивался в гей-клубе «Бэлкони» — Мэдди нахмурилась — Об этом ты знала?
— Знала. Но ведь далеко не все мужчины, которые заходят в этот клуб, чтобы пропустить рюмочку, — геи.
— И кто же тебе сказал такую чушь?
— Лонни.
Подруги молчали. Дружно взлетевшие вверх брови заменили слова.
— Он носил розовые рубашки, — наконец произнесла Люси.
— Сейчас мужчины не боятся розового цвета.
Адель осуждающе покачала головой:
— Значит, кто-то должен сказать им, что они заблуждаются.
— Ни за что, не стала бы встречаться с парнем в розовом. — Мэдди отхлебнула кофе и немного помолчала. Терпеть не могу женоподобных мужчин.
— Куин никогда не согласится одеться в розовое — авторитетно заявила Люси и, не давая Клер возможности возразить, привела решающий аргумент: — Лонни слишком заботится о кутикулах.
Этот аргумент оказался действительно неоспоримым. Лонни и, правда чрезвычайно беспокоился о кутикулах и безупречности ногтей. Клер беспомощно уронила руки на подол широкой зеленой юбки в пейзанском стиле.
— Я думала, что он метросексуал.
— О! — удивленно воскликнула Адель. — Это что, новый термин для обозначения геев в засаде?
— Геев где?
— Об этом в прошлом году шла речь в программе Орры. Геи в засаде — это гомосексуалисты, которые выдают себя за натуралов.
— А зачем они это делаю?
— Наверное, так им легче жить среди людей. А может просто хотят иметь детей. Кто знает? — Адель пожала плечами — Честно говоря, Лонни не слишком меня волнует. Меня волнуешь ты. Надо было рассказать обо всем еще вчера, а не держать в себе весь этот кошмар.
—  Но вчера ведь был праздник Люси! Не хотелось его портить!
— Ты бы ничего не испортила. — Люси так решительно покачала головой, что светлый «конский хвост» пришел в движение и несколько раз подмел воротник синей рубашки. — Я заметила неладное, когда вы втроем вдруг исчезли. Потом Адель и Мэдди снова появились, но тебя с ними уже не было.
— Честно говоря, я выпила лишнего, — призналась Клер. К счастью, никто из подруг не вспомнил ни о постыдном эпизоде с караоке и песней группы «Куин», ни о других ее сомнительных подвигах вчерашнего вечера.
На секунду Клер задумалась, не рассказать ли подругам о Себастьяне, но потом решила смолчать. Случаются в жизни унизительные ситуации, которые лучше держать в себе. И одна из таких ситуаций — пьянство и распущенность, особенно в далеко не юном воздаете. Как он сказал? «Ночью ты уверяла, что я лучше всех на свете». Засмеялся и сбросил полотенце. «Тебе все было мало» . Да, поистине некоторые