Клер Уингейт едва помнила, как на свадьбе подруги застала собственного жениха в объятиях… другого мужчины. А потом было много шампанского, провал в памяти и утро в постели обаятельного журналиста Себастьяна Бона. Как, черт возьми, она там оказалась?! Теперь придется объяснить Себастьяну, что после недавнего предательства она вовсе не желает очертя голову бросаться в новый роман. А Себастьян и слышать ничего не хочет. С ним решительно невозможно порвать. И чем дальше, тем больше Клер влюбляется в красавца журналиста.
Авторы: Рейчел Гибсон
труда поняла, что реакция на Себастьяна скорее обусловлена долгим отсутствием полноценного секса, а не его драгоценной близостью.
«Он хочет тебя», — сделала вывод Мэдди. А Адель добавила: «Тебе необходима компенсация. Утешение. В этом качестве Себастьян просто незаменим». И все же подруги ошибались. Причем обе. Меньше всего на свете ей требовался мужчина, даже в качестве компенсации. Несмотря на долгое отсутствие хорошего секса. Нет, следовало срочно научиться жить в ладу с собой и при этом получать удовлетворение от жизни. Лишь потом можно было задуматься о мужчине и, может быть, впустить его в свою жизнь.
В конце концов, укладываясь спать поздно вечером, Клер пришла к выводу, что ее странная реакция на близость Себастьяна имела чисто физическую подоплеку. Простая и естественная реакция женщины на внимание красивого мужчины. Ничего необычного. Все вполне нормально. Естественно. И со временем пройдет.
Она выключила лампу на тумбочке и усмехнулась в темноту. Ха! А он-то решил, что явится к ней в дом и сразу покорит настолько, что она с радостью бросится делать за него покупки. Надеялся очаровать так же, как в детстве.
— Что, съел? — прошептала Клер.
Впервые в жизни ей удалось устоять против хитрых уловок коварного Себастьяна Вона.
Однако на следующее утро, когда, оставив кофе медленно перетекать из кофеварки в кофейник, она вышла на крыльцо, чтобы взять газету, то едва успела увернуться от упавшего спиннинга. В одном из отверстий катушки торчала салфетка из «Бургер кинга», а на салфетке при большом желании можно было разобрать корявые буквы:
«Клер! Будь добра, упакуй как можно красивее и привези завтра на вечеринку. Я совсем не умею это делать и не хочу смущать, старика перед друзьями. Уверен, что у тебя получится просто здорово».
Клер украсила спиннинг розовой ленточкой и блестящими бантиками. Получилось так по-женски ярко, что Себастьян пока спрятал подарок за диваном в отцовском доме, где никто не мог его увидеть.
— Какая милая девушка! — услышал Себастьян.
Он стоял под большим навесом, который соорудили во дворе. Гостей собралось человек двадцать пять, причем никого из них Себастьян ни разу в жизни не видел. Сына виновника торжества познакомили со всеми, и он умудрился сразу запомнить все имена. Годы репортерской работы не прошли даром.
Роуленд Мейерз, один из старинных друзей Леонарда, остановившись рядом с Себастьяном, с аппетитом жевал гусиный паштет.
— Кто? — посмотрел на него Себастьян.
Роуленд показал на заполненную людьми и освещенную заходящим солнцем лужайку.
— Клер Уингейт.
Себастьян подцепил сосиску и отправил ее на тарелку в компанию к пикантному сыру.
— Да, мне уже приходилось слышать подобное мнение.
Он отметил, что отец по случаю торжества нарядился в черные брюки, белую рубашку и жуткий галстук с изображением воющего волка.
— Этот праздник для твоего отца устроили они с Джойс — Роуленд приложился к коктейлю со льдом и добавил: — Они обе относятся к Лео по-родственному. Так трогательно заботятся о нем.
Себастьян в его тоне уловил нотку упрека. Уже не впервые за этот вечер ему казалось, что его вежливо отчитывают за то, что он не появлялся раньше. Впрочем, Роуленда он едва знал, а потому мог и ошибаться.
Однако следующая фраза Мейерза уничтожила все сомнения:
— Никогда не строят из себя страшно занятых. Не то, что кровная родня.
Себастьян улыбнулся:
— Общение — процесс обоюдный, мистер Мейерз.
Старик кивнул:
— Что, правда, то, правда. Вот у меня шестеро детей, так я даже представить не могу, как это можно — не встречаться десять лет.
На самом деле прошло уже не десять, а, пожалуй, все четырнадцать лет. Но стоит ли считать?
— Чем вы занимаетесь? — поинтересовался Себастьян, намеренно меняя тему разговора.
— Я ветеринар.
Себастьян двинулся вдоль уставленного закусками стола. Недалеко от шатра из спрятанных в высоких цветах колонок лилась музыка шестидесятых. Да, отец обожал «Битлз», Дасти Спрингфилд и особенно Боба Дилана. И еще он постоянно читал комиксы.
Себастьян попробовал сыр и закусил его каким-то удивительным салатом. Посмотрел на гостей — они бродили по лужайке среди факелов и плавающих в фонтанах свечей. Взгляд его переместился к группе возле фонтана с Нимфой и остановился на миниатюрной брюнетке. Сегодня Клер
