От любви не спрячешься

совсем мало. Клер сама не могла понять, почему вдруг она вызвалась забрать подарок накануне праздника.
Себастьян искоса взглянул на нее и слегка нахмурился:
— Спасибо, не стоит.
Клер улыбнулась:
— Обещаю на этот раз не украшать подарок розовыми ленточками.
Себастьян вытащил бумажник и задумался.
— Ну, если ты уверена, что найдешь время…
Двадцать четвертого декабря Клер как раз предстояло подписывать книги, так что ей все равно пришлось бы приезжать в центр.
— Обязательно найду.
— Спасибо. Честно говоря, гора с плеч: — Себастьян протянул платиновую карточку «Виза» и, как только продавец отошел, добавил: — Если бы я имел право на поцелуй, то непременно поцеловал бы тебя.
Клер повернулась и королевским жестом протянула ему руку. Но вместо того чтобы скромно притронуться губами к пальцам, Себастьян перевернул ее руку ладонью вверх, слегка приподнял рукав пальто и поцеловал внутреннюю часть запястья.
— Благодарю, о милостивая Клер!
Вверх по руке, до самого плеча, побежали мурашки, и она отдернула руку.
— Не стоит благодарности.
Обещанный час растянулся на целых три из-за остановки в старинном районе, в популярном здесь китайском ресторанчике. Народу в зале собралось немало, так что вновь прибывшим достался столик в дальнем конце, возле окна. Клер, конечно, заметила, что все женские взгляды мгновенно сосредоточились на ее спутнике. Впрочем, неизменный всеобщий интерес сопровождал Вона и в галерее, и на улице — как скрытый, так и вполне очевидный. Интересно, замечает ли он сам, какое впечатление производит на окружающих дам? Со стороны казалось, что Себастьян к этому абсолютно равнодушен. Но может быть, он просто успел привыкнуть, потому и относился к повышенному вниманию с таким невозмутимым спокойствием?
Застолье началось с салата. Если бы Клер пришла сюда с подругами, то попросила бы какое-нибудь одно горячее блюдо и сочла трапезу ленчем. Однако сегодня все выглядело иначе. Себастьян заказал курицу в апельсинах, рис в свином соусе, спаржу по-сычуаньски и что-то еще.
— Мы с кем-то встречаемся? — поинтересовалась Клер, когда официант принес уставленный яствами поднос.
— Я так проголодался, что готов съесть лошадь. — Себастьян покачал головой и положил на тарелку солидный кусок курицы. — Нет, беру свои слова обратно. Лошадь, пожалуй, слишком жесткая.
Клер зачерпнула из мисочки ложку риса, и постепенно все блюда перекочевали с одной стороны стола на другую.
— Говоришь так уверенно, потому что пробовал конину?
— Пробовал? — Себастьян на секунду поднял взгляд от тарелки. — Правильнее было бы сказать, пытался жевать.
Клер невольно сморщилась.
— Где?
Себастьян положил себе солидную порцию аспарагуса.
— В Маньчжурии.
Клер подняла руку, отказываясь ему верить.
— Серьезно?
— Вполне. В северном Китае на базарах продают даже собачье и обезьянье мясо.
Клер с тоской взглянула на курицу в своей тарелке.
— Не может быть. Придумываешь.
— Ничуть. Я был там, в девяносто шестом году и видел собственными глазами. Так что говорю истинную правду. — Он взял вилку и подцепил аспарагус. — На свете есть несколько стран, в которых собачье мясо считается деликатесом. Стараюсь не судить.
Клер тоже не хотела судить, но почему-то в голову настойчиво лезли мысли о бедной беззащитной Синди. Она подняла глаза и взглянула на ямку в основании загорелой шеи своего спутника: углубление было хорошо заметно в расстегнутом вороте рубашки.
— Так, значит, ты ел собак?
Себастьян на мгновение перестал жевать.
— Нет. Но зато вместе с ребятами ел обезьян.
— Ел обезьян? — Клер поспешила сделать несколько глотков каберне.
Себастьян засмеялся:
— Да. По вкусу — самая настоящая курица. Поверь, после конджи и обезьяна, покажется вполне аппетитной.
Клер понятия не имела, что такое конджи, но боялась, что если спросит, то получит излишне исчерпывающий ответ. Она посмотрела, как стремительно Себастьян опустошал тарелку, и поставила бокал на стол.
— Когда у тебя следующее задание? — Вопрос был задан с тайным умыслом увести разговор в сторону от лошадей, собак и приматов.
Не отрываясь от еды, Себастьян пожал плечами:
— Сам не знаю. Я решил не заключать нового контракта с «Ньюсуик». И с другими изданиями тоже. Думаю, мне не помешает немного отдохнуть.
— И чем же ты намерен заняться?
— Еще не придумал.
Клер прекрасно понимала, что если бы она вдруг на какое-то время оказалась без контракта, то просто сошла бы с ума от неуверенности, страха и беспокойства.
— А тебя не пугает