От любви не спрячешься

пакетами и пакетиками, Себастьян сдался, расслабился и решил принимать жизнь такой, какая она есть. Он не мог сказать, что получает удовольствие, однако сам по себе процесс представлял определенный интерес. Вне всякого сомнения, Клер обладала тонким вкусом и острым чувством стиля. А главное, твердо знала, чего хочет. Так что, когда очередь дошла до «Клуба Монако», внимательный спутник уже мог предсказать, что именно привлечет ее пристальный интерес.
Утром, встретив Клер в аэропорту, он слегка удивился, увидев у нее в каждой руке по большому чемодану. Зачем ей столько вещей в столь короткой поездке? Теперь ответ явился сам собой.
Мисс Уингейт представляла собой классический случай магазинной зависимости и необузданной страсти к покупкам.
Вечером они отправились на встречу Нового года к приятельнице Себастьяна, Джейн Элкот-Мартино. Вон познакомился с Джейн задолго до того, как в ее фамилии появились дефис и вторая половина. В университете штата Вашингтон они вместе занимались журналистикой. Получив диплом, Себастьян начал разъезжать по стране, а потом и, но миру. Джейн же нашла постоянную работу в Сиэтле и прочно обосновалась в городе. Писала для газеты «Сиэтл таймс», и однажды репортерская судьба свела ее с хоккейным вратарем Люком Мартино. Вскоре молодые люди поженились. Сейчас ее семейный стаж насчитывал уже несколько лет. Супруги растили годовалого сынишку Джеймса. С ними же жила сестра Люка, школьница Мари. Приятное, дружное и гостеприимное семейство.
— Так, значит, ты утверждаешь, что Клер всего лишь твоя приятельница? — уточнила Джейн, подавая старому другу кружку эля «Пирамид».
Себастьян посмотрел на невысокую, ростом чуть выше пяти футов, хозяйку, а потом перевел взгляд на Клер. Та разговаривала с высокой худой блондинкой, ее рыжеволосым кавалером и мускулистым хоккейным защитником из России.
— Да, не сомневайся.
На новогодний вечер Клер надела блестящее облегающее серебряное платье и теперь выглядела так, словно завернулась в металлическую фольгу, а потом попросила кого-то как можно плотнее обжать упаковку по фигуре. Под определение скандального платье скорее всего не подходило, но Себастьян уже несколько раз замечал, как плечистые хоккеисты пытаются развернуть фольгу силой гипнотического взгляда. А как только выяснилось, что красавица к тому же еще и пишет любовные романы, интерес к ней заметно усилился. Направление мыслей энергичных товарищей Люка не вызывало сомнения.
— У тебя такой вид, словно ты собираешься немедленно устроить Владу перекрестный допрос, — усмехнулась Джейн.
Себастьян медленно изменил позу — а стоял он, решительно скрестив руки на груди голубой рубашки, — взял предложенное пиво и задумчиво сделал несколько глотков.
— А как, по-твоему, удастся его проучить?
— Черт возьми, конечно же, нет. Парень тут же надерет твою нежную журналистскую задницу. — Джейн была не только умна, но и находчива. — Не случайно ему дали прозвище Пронзающий. Впрочем, при ближайшем рассмотрении это довольно милый человек. — Она покачала головой, и подстриженные в форме каре короткие черные волосы коснулись ее щеки. — Если тебя раздражает, что все эти ребята наседают на твою прекрасную спутницу, не надо было представлять ее просто приятельницей.
Скорее всего, Джейн была права. Но назвать Клер своей девушкой у Себастьяна как-то не поворачивался язык. Да и сама Клер вряд ли одобрила бы, заяви он примерно следующее:
— Эй, парни! Это моя девочка, а потому все немедленно отвалите!
Может быть, она и не была его девушкой, но он с ней встречался, а потому не слишком радовался появлению потенциальных соперников.
— Надеюсь, ты догадалась, что я пошутил?
— Насчет Влада? Да. А вот насчет того, что Клер «только приятельница»… думаю, ты просто обманываешь сам себя.
Себастьян собрался, было возразить, однако Джейн уже направилась к мужу. А позднее, ночью, он смотрел на сладко спящую Клер и пытался понять, что же в ней так его захватило и упорно отказывалось отпустить. Одной лишь сексапильностью секрет не ограничивался. Существовало что-то еще. Жестокое испытание магазинной суетой, которому Клер подвергла его днем, неминуемо должно было бы охладить его интерес к ней. Но этого не произошло.
Напротив, экскурсия показалась ему даже увлекательной. Может быть, его пленяет полное отсутствие амбиций и ожиданий? Клер вела себя так, словно не думала о будущем и не ждала ровным счетом ничего — ни продолжения, ни развития сложившейся ситуации. Но чем дольше и упорнее она соблюдала дистанцию, тем острее хотелось ему оказаться как можно ближе к ней.
Проснулся Себастьян в восемь. Быстро натянул футболку