Отбор для принца, или Будни золотой рыбки

вот уже шесть лет встречается с единственной любовницей по расписанию?
— Ничего ты не понимаешь, — фыркнул безопасник, — Амелия удобная.
— Что? — расхохотался принц. — Прости, но это самое смешное, что я слышал за последние дни. Девушку выбирают, потому что она нравится, пробуждает страсть, привлекает необычностью, а не потому, что она удобная, словно пуфик в гостиной.
— Вот и выбери себе страстную и необычную на роль жены, а меня не трогай, — отрезал герцог Морт.
— Как бы ни хотел я этого избежать, но придется, — неожиданно серьезно ответил принц и хмыкнул. — Но никто не помешает мне проверить их всех, чтобы определиться.
С этими словами Адриан встал и пошел к выходу. У самых дверей остановился, снова натянув маску недалёкого шалопая, и сказал:
— А начну, пожалуй, с нашей блондиночки. Ты же не против? Это будет отличная месть, — я возмущённо пискнула, тут же прикусив ладонь, но, к счастью, меня не услышали. — Кстати, если найдешь её раньше меня, передай, пусть явится в королевскую приемную, будем отсеивать первых претенденток.
Едва за принцем захлопнулась дверь, плечи Кристиана напряглись, и он громко сказал:
— Выходи, Мариэлла, я знаю, что ты здесь.
Глава 12
Я затаила дыхание, надеясь, что он сказал это просто так, на всякий случай. Но нет, безопасник быстро подошёл к окну и отдёрнул штору, окидывая меня пронзительным взглядом.
Вздохнув, развеяла щиты и робко улыбнулась.
— Привет?
— Ты спрашиваешь или утверждаешь? — хмыкнул мужчина, сунув руки в карманы.
Я невольно проследила взглядом, как перекатываются мышцы на его рельефной груди, как соблазнительно выпирают кубики пресса, как… Так, стоп, туда я смотреть не буду! Мучительно покраснела и отвела взгляд.
— Эм… Ну, я пойду? — с надеждой спросила у герцога Морта, аккуратно сползая с подоконника и обходя мужчину по широкой дуге.
Не услышав возражений, рванула к двери, чтобы упереться носом в упругую преграду. Потрогав сгустившийся воздух рукой, мысленно застонала и обернулась, чувствуя себя до крайности неуютно.
— Присаживайся, — кивнул мне Кристиан на стул, оставленный принцем посреди комнаты, а сам занял своё кресло, — есть разговор.
— А не мог бы ты сначала одеться? — смущённо спросила я, стараясь не смотреть в его сторону.
— Мог бы, но не буду, — правда, противореча собственным словам, всё же прошёл к гардеробной и накинул на себя тёмно-синюю рубашку. — На будущее: я в своём кабинете и могу делать здесь всё, что захочу, а вот, что здесь делаешь ты — другой вопрос.
— Кстати, как ты меня обнаружил? Мои щиты обычно действуют безотказно! — с любопытством и некой долей обиды спросила я и заглянула ему в глаза, стараясь не опускать взгляд ниже подбородка, потому что рубашку Морт хоть и надел, но застегнуть не потрудился.
— Неужели ты думала, что я оставлю свой кабинет без охранок и следилок? — насмешливо протянул Кристиан. — Едва ты переступила порог, я сразу же узнал об этом.
— Но почему тогда позволил мне прятаться? — нахмурилась я. — Хотя, постой… Ты хотел, чтобы я услышала этот разговор, верно?
— В целом, да. Я наблюдал за тобой эти дни. Скажи, какой у тебя титул в Акватинии? — сразу перешёл к делу безопасник, а я стушевалась. — Правду, Мариэлла.
— Почему ты решил, что у меня есть титул?
— А ты не понимаешь? Как думаешь, сколько женщин в Винритане осмеливается обращаться ко мне на ты и прямо смотреть в глаза, как равному? А нашему принцу? Я тебе скажу: три. Три, Мариэлла. И это Её Величество, моя мать и вдовствующая герцогиня Феранж, и то в силу возраста и феноменальной забывчивости. О мимолётных любовницах Адриана сейчас речь не идёт.
— Упс, — только и смогла сказать я, понимая, что прокололась.
В Акватинии не было слишком уж жёстких правил этикета. Да и я, будучи ненаследной принцессой, могла себе позволить чуть больше вольностей. В частности, обращаться к тем, кто близок ко мне по возрасту, на ты и вести себя намного свободнее других девушек.
— Знаешь, я тут прогулялся в библиотеку, — не дождавшись моего ответа, протянул герцог Морт. — И выяснил очень любопытную деталь. Дар желаний, да-да, точь-в-точь, как у тебя, всегда появлялся лишь в королевском роду Акватинии. Поэтому, спрашиваю ещё раз, не желаешь ничего объяснить, принцесса?
Я вздохнула и пожала плечами. Да и что тут скажешь?
— Предположим, ты прав, и я — дочь царя Морской державы. Что это меняет?
— Всё, — резко сказал Кристиан, треснув ладонью по столу. — Расстегни платье.
— Что-о?! — вскочила я, сжимая руки в кулаки. — А не охренели ли Вы, Ваша Светлость?!
Герцог тоже встал и опёрся руками о стол, на