Отбор для принца, или Будни золотой рыбки

такое, что какая-то девушка устраивала обе сущности, не вызывая дискомфорта своей близостью.
— Так вот почему у Кристиана уже шесть лет одна и та же женщина, на которой он не торопится жениться, — с опаской прошептала я, вспомнив подслушанный в кабинете безопасника разговор. — Постойте, а у вашего внука тоже была тройственная аура?
— В том-то и дело, что нет, — вздохнул призрак. — И именно поэтому я сразу не догадался, кем является твой ночной незнакомец. Понимаешь, когда Арамвир начал сходить с ума, я решился на невозможное — отделить одну из его сущностей и запереть её в артефакте.
Я бросила быстрый взгляд на руку, где всё ещё находился невидимый родовой перстень.
— Верно мыслишь, девочка. Но всё пошло не так. Прямо во время ритуала, ипостась Арамвира взяла верх над его человечностью, и пленником артефакта оказался я сам. Нет, моё тело ещё некоторое время функционировало, но это был слишком малый срок.
Я нервно прижала ладони к щекам, представив, как, наверное, жутко было оказаться в такой ситуации, а Первый герцог, наконец, закончил свою историю:
— Арамвир, испугавшись того, что произошло, вызвал королевских дознавателей, обвинив меня в запрещённых ритуалах и открыв им доступ к моим лабораториям. Моё же тело он спрятал вместе с этим артефактом, надеясь, по максимуму использовать мои знания или хотя бы уничтожить следы преступления.
— У него не получилось, да? — спросила я, вспомнив, что рассказали мне Джин и Эва.
— Верно. После ритуала я был ослаблен и вернуться в своё тело не смог бы даже с посторонней помощью. Поняв это, мой внук отдал меня страже, сообщив, что я сошёл с ума, истощив себя при попытке побега.
И столько в его голосе было застарелой горечи и боли, что мне безумно захотелось обнять это древнее существо, но… Увы, даже такое слабое утешение ему было недоступно.
— Не нужно меня жалеть, милая. Это — моя расплата за всё, что я сотворил в порыве отчаяния. Но, да ладно. Теперь ты знаешь всё.
— Вообще-то, нет, — внезапно покачала я головой. — Почему обо всём этом никому не известно? Той же королеве, например? Или они знают, но всё скрывают?
— Не думаю, что это так. Подозреваю, что ген, формирующий у ребёнка эту ипостась передавался в латентном виде и просыпался лишь тогда, когда в роду Мортов появлялся достаточно сильный потенциальный носитель этого проклятья, а иначе его никак не назовёшь.
— Но что тогда означает тройственная аура у Кристиана? — нахмурилась я.
— А вот с этим нам и предстоит разобраться, — уверенно сказал призрак и лукаво усмехнулся. — Не хочешь поспать?
Глава 37
Вот уже два часа я лежала на краю кровати и до рези в глазах вглядывалась во тьму, пока оттуда, в какой-то момент, на меня не взглянули глаза цвета солнечного янтаря.
Я ждала этого. Мысленно перебирала десятки вопросов, строила предположения и… боялась. Просто потому, что не знала, чего ожидать от непонятной и пугающей ипостаси безопасника.
Резко сев в постели, повыше натянула одеяло и неуверенно выдохнула:
— Кристиан?
И вздрогнула, когда тьма, клубившаяся у кресла, взметнулась вверх и, словно цунами, хлынула ко мне. Пискнув, зажмурилась, но ничего не произошло. Приоткрыв один глаз, шумно вдохнула и открыла второй, заворожённо глядя на то, как в янтарных радужках безопасника, остановившегося буквально в шаге от меня, вспыхивают золотые искры.
Практически не дыша, я всматривалась в знакомые и, в тоже время, чуждые черты его лица, которые сейчас выглядели иначе. Чуть резче были скулы и массивнее подбородок, немного шире нос и тоньше губы, зато глаза казались просто огромными, проникая своим взглядом прямо мне в душу.
Рубашки на Кристиане не было, словно он решил переодеться, а потом, также неожиданно для себя, передумал и, как был, отправился в мою комнату. Мой взгляд невольно скользнул по поджарому телу, по мускулистым плечам и сильным рукам с причудливым узором сухожилий и вен.
Сейчас герцог Морт был, как никогда, похож на демона. Древнего, мощного, о которых остались лишь упоминания в легендах и сказках. Слишком первобытный, слишком опасный, всего слишком… Его кожа была такой смуглой, словно впитала в себя саму Тьму, и глянцево поблёскивала в лунном свете. Длинный тонкий хвост змеился у босых ног. Пальцы венчали острейшие когти, а на кончиках слегка загнутых назад рогов танцевали крохотные языки пламени. За его спиной клубился тёмный туман, который временами превращался в призрачные крылья, отливающие алыми всполохами.
— Кристиан? — с опаской прошептала я, когда уже молчать и дальше стало просто невыносимо.
Его рука взметнулась вверх и неуловимым движением пропустила пряди моих