Отбор

ночь спать не будем, выучим её от корки до корки, вы как будете экзамен принимать, в устной форме или письменной? И ещё, нам её наизусть учить, или пересказ сойдёт? — понесло меня на неприятности.
— Руслана, прекрати ёрничать, я сказал к утру, значит, так и должно быть, у вас целый день в распоряжении, так что проведите его с пользой.
— А… — попыталась опротестовать сроки, но он меня перебил.
— Не обсуждается!
— Хорошо, — сделал вид, что согласилась, но мысленно решила, что из принципа не буду её учить к утру. До вечера, конечно, проштудирую материал, если это действительно необходимо.
— Рад, что на этот раз обошлось без спора, и ещё, завтра последний день, когда Азерот проводит отсев, и участницы определятся. Так что готовься к работе с нервными дамочками, хотя швее-то привычно с клиентками работать, — не скрывая сарказма, произнёс он слово «швея».
— Конечно, если что не так, булавочкой клиентку призову к порядку, — приняла его правила игры.
— Всё шутишь? — покачал он головой и тут же задал вопрос, который мне не понравился. — Ну как, Азероту в любви призналась, или мне уже можно приступить к прослушиванию твоего пения? — резко схватив меня за руку, притянул к себе.
— Какая такая любовь? — упёрлась я руками и изобразила непонимание о чём вообще речь. И тут неожиданно услышала возмущённый голос подруги.
— Руслана! Я, конечно, дико извиняюсь, но почему этот мужик тебя обнимает, как свою собственность? — подлетав к нам, она освободила меня из лап захватчика.
— Верунь, тут дело такое, меня бессовестно домогаются оба, — решила я всплакнуть для полноты образа, ибо была уверена — Вера поддержит меня в этой пьесе.
— Что значит «домогаются»? — удивилась она, а затем, — я, конечно, мужчина, Вас не знаю, возможно, у Вас серьёзные намерения, хотя не уверена, но Ваше поведение оскорбительно, и не только. Так что если решили совратить невинную деву, будьте готовы жениться на ней, — после её монолога я натурально чуть не взвыла, ибо этим можно напугать наших земных мужиков, а Азерот и Ревис как раз на этом и настаивают.
— Я готов хоть сейчас, — усмехнулся Ревис. Вера посмотрела на меня и поняла, что не то сморозила, и принялась усиленно исправлять положение.
— Готов он, — покачала она головой и, с осуждением смотря на него, тут же перешла в наступление, — а конфетно-буфетный период, как быть с ним? Без него брак обречён на провал!
— Это что за период? — удивился дракон, — никогда о таком не слышал.
— Вот! — подняла она палец вверх, — Вы элементарных вещей даже не знаете, о каком браке может быть речь! — и принялась вешать тоннами лапшу на уши Ревису, — чтобы жениться на Руслане, нужно вначале пройти определённые этапы.
— Никаких этапов проходить мы не будем, — оборвал он её монолог, — она будет принадлежать либо мне, либо Азероту, и это случится завтра! — развернувшись, он направился к выходу. И стоило закрыться за ним двери, как Вера высказала своё мнение о происходящем.
— М-да, подруга, дела у тебя, скажем так — не важные. Что делать будем? Как твою девичью честь спасать? — обратилась она ко мне, можно подумать, я знала ответ на этот вопрос.
— Если бы я знала, — тяжело вздыхая, ответила я, — тут у них куда ни глянь, сплошные проблемы, я молчу про правила поведения с драконами плюс их всякого рода заморочки. Дурдом, тут без пол-литра не разобраться, как с этими проблемами справляться. Вон, — показала глазами на книгу, — даже книгу нас заставляют учить, как нам себя с ними вести. — пожаловалась я ей.
— Печалька, конечно, но хочу тебя обрадовать, мы себе можем позволить пол-литра, ибо я, как чувствовала, три литра прихватила, и закуску тоже. Утром, перед тем как поехать за Дариилом ещё приготовила, представляешь, встаю и думаю: нужно срочно собрать средство для мозгового штурма. Прям как чувствовала, что пригодиться. Где уединяться будем, кого просить закрыть нас и не выпускать до утра? Сама же понимаешь, нечего посторонним дурь нашу видеть, — развила она бурную деятельность, а я с тоской вспомнила, что раз в год мы с ней так расслабляемся, а ведь уже год и два месяца прошло. Так что мы можем, конечно, себе это позволить, только что-то я волнуюсь, три литра — это ж упиться можно, мы с ней бутылку никогда осилить не могли, а тут целых три!
— Вер, а не много три-то? Я понимаю, проблемы глобальные, но упьёмся же вусмерть, может, одну, и то половину, а? — робко поинтересовалась я.
— А кто тебе сказал, что мы с тобой в разнос пойдём? Так, посидим, немного поговорим. Да мы сейчас программу составим, на какой дозе что делать будем, начнём с насущных проблем, потом, как обычно, мужики козлы, ну и т. д. Да мы даже на бутылочке нарисуем, что и