Отбор

— Затем, наверное, последует наш дружный плач и признания друг другу в вечной дружбе. — внесла я очередное предложение.
— Есть вероятность, но внеси ещё пункт «пение», кстати, что будем исполнять на этот раз? — поинтересовалась она.
— Ну, не знаю, разберёмся, когда до этого пункта дойдём, — не стала я торопить события, кто знает, какой у нас к тому моменту настрой будет.
— Ладно, — согласилась она, и мы перешли к обсуждению плана, завершили мы как обычно на «хрю», что означало напиться до поросячьего визга. Когда все приготовления были сделаны, мы приступили к выполнению ранее озвученного плана.
***
Азерот
— Брат, всё гораздо хуже, чем я предполагал, я думал, она только бешенная, а теперь выходит, что она дура, причём полная? — ужаснулся брат после того, как мы с ним наблюдали за действием наших пар, я тоже был в шоке от увиденного. — Это надо до такого маразма додуматься?!
— Не спорю, всё гораздо хуже, чем я ожидал, а за козлов они нам ответят, — решил не оставлять оскорбление без наказания. — Ну да ладно, давай дальше смотреть, до чего наши пары допьются. — оборвал обсуждение, ибо наши уже по одной за здравие выпили и принялись обсуждать свои проблемы.
***
Руслана
— Вер, ты мне скажи, как вы оказались с Дариилом дома? — задала вопрос, который не давал мне покоя.
— Дариил, Даниил, у этих гадов даже именно чем-то схожи, — скривилась она и перешла к повествованию. Из её рассказа стало понятно, что она угодила в ловушку, Даниил знал о том, что она следила за ним и Петровичем, и, как оказалось, они специально её заманили туда.
— Выходит, они вычислили, что ты им жучок поставила, — не удержалась я от комментария.
— И не только выяснили, но и перевесили его на другую машину. До меня дошло это, когда джип Даниила подрезал мою машину, выскочил словно из ниоткуда, — начала мне описывать свои злоключения она, — я вовремя успела расколоть шар для связи и осколки затолкать под сиденье автомобиля, ведь понимала, что если они увидят его, могут догадаться о том, что тебя в этом мире уже нет. А так они ведут интенсивный поиск и не догадываются о твоём местоположении.
— Знаешь, мне так мерзко от осознания того, что эта тварь всегда была рядом, а как вспомню, что он ко мне ещё и прикасался, так тошно становится, хоть вой, — поделилась я своими чувствами.
— Согласна, но ты, подруга, забегаешь вперёд плакать, страдать будем позже, а сейчас отчёт, — остановила она меня.
— Есть плачь отставить, — тут же согласилась я и решила озвучить свою мысль, которая только что пришла в голову, — Вер, я вот о чём подумала: в этот мир попасть нельзя, если в тебе не течёт кровь кого-то из жителей этого мира, а значит, кто-то из твоих родных из этих мест. Есть вероятность, что гибель твоих родителей подстроил Данька, вдруг они догадались, что он сбежавший брат Азерота?
— Подожди, ты говоришь — Азерота? Я слышала это имя, отец буквально перед гобелю говорил кому-то по телефону, что нужно связаться срочно с ним. Знать бы кому, и зачем он хотел с ним переговорить, и, возможно, ты права, тут есть связь.
— Согласна, связь есть, так что не будем эту версию списывать со счетов.
— Ладно, об этом потом, а теперь рассказываю, что было дальше. Данька привязал меня к столбу в каком-то сарае, пытался выведать, где ты. Ну а я отвечала, что ничего не знаю, сама тебя ищу, поэтому и следила за ним в надежде, что он первый найдёт тебя, или, наоборот, сам тебя спрятал.
— И он повёлся на эту версию?
— Нет, конечно, но мне было всё равно, верит или нет, понимаешь, я чувствовала, что если я расскажу ему, где ты, быть беде. — разливая вино по пластиковым стаканам которые она тоже с собой принесла, созналась она, что готова была пойти на жертвы ради меня.
— Вера, ты ненормальная, а если бы он тебя убил или пытать начал? — возмутилась я, — ты обо мне подумала, как я буду жить с осознанием того, что моя подруга пострадала, спасая меня?!
— А ты обо мне подумала, как я буду жить с тем, что из-за страха тебя предала?! Лучше умереть и знать, что он до тебя не доберётся, чем стать причиной гибели единственного дорогого мне человека. Ты же знаешь, кроме тебя у меня никого нет, и очередную потерю, мне кажется, я не переживу.
— Вер, ты только не плачь, а. Мы ещё только на втором пункте.
— Не буду, — согласилась она со мной и продолжила. — Так вот, этот гад мне по угрожал немного, а затем выдал: раз не хочу сотрудничать, ничего страшного, тем более он мне уготовил другую учесть — отдать сердце любимому, то бишь ему. Тут я не сдержалась и плюнула ему в рожу, ответив при этом, я столько не выпью, чтобы любить такую мразь, как он. Данька рассмеялся и со словами: «посмотрим вечером», оставил меня.