Закон оказывается бессилен, и защитить молодую девушку, ставшую жертвой тяжкого преступления, может лишь её родственник, сотрудник уголовного розыска. Рассчитывая только на себя и своего напарника, он добивается цели. Зло наказано. Но за все надо платить, и вскоре уже он сам из охотника превращается в жертву.
Авторы: Майоров Сергей
ей туда бутылку. Что-то похожее сама Ветрова успела сказать врачам «скорой помощи», когда они её забирали. В настоящее время угрозы для жизни нет, но состояние очень тяжёлое, опросу, естественно, не подлежит. Телефонограмма поступила в 14-е отделение, Яблоневка — их территория.
Наступила тишина. Её прервал Костя. С грохотом отодвинув стул, он встал с места и, провожаемый недоуменными взглядами, распахнул дверь и вышел в коридор. Скрипнув, дверь захлопнулась.
— Что это значит? — Отложив карандаш, начальник ОУРа посмотрел на закрытую дверь, потом перевёл взгляд на подчинённых: — Что с ним?
Бывший замполит с готовностью устремился к двери. В его голове оформилась приятная мысль о том, что Ковалёв всю ночь где-то пил, а сейчас, не выдержав, отправился блевать.
Досадливо покосившись на пронёсшегося мимо заместителя начальника, Петров что-то прикинул в уме, потом тоже поднялся со стула.
— По-моему, Ветрова — его племянница, — медленно проговорил он, оглядел коллег и вышел из кабинета.
Костя сидел на подоконнике в своём кабинете и курил. Глаза его были закрыты, но рука каждый раз безошибочно находила пепельницу на столе. Он старался ни о чём не думать, успокоиться и собраться, но не получалось. Лицо племянницы раз за разом всплывало перед глазами; она молчала, но взгляд её выражал укор, в котором не было ни капли злости, а только смирение и робкая надежда… Казалось, она о чём-то просила.
Катя Ветрова была дочерью его родного брата, Петра. Семь лет назад Пётр, бывший тогда участковым инспектором 14-го отделения милиции, уговорил поступить на службу своего брата, только что вернувшегося из армии. Костя пошёл в патрульный взвод при том же отделении и продолжил начатую ещё до армии учёбу в Юридическом институте, только перевёлся на заочное отделение. Через два года Костя перешёл в «уголовку», сначала на свободное место в 23-е, а потом в своё «родное», 14-е отделение. Через полтора года развёлся с женой: прожив совместно больше двух лет, они так и остались чужими людьми. Прекращение отношений оба восприняли с облегчением, разошлись тихо и спустя некоторое время навсегда потеряли друг друга из виду. Через несколько месяцев, летом 1992 года, в автокатастрофе погибли родители. Ехали с дачи вместе с друзьями, на их автомашине, и водитель, измученный работой на участке и успевший принять на дорогу рюмку водки, уснул за рулём. Двигаясь на большой скорости, легковушка плавно перешла разделительную полосу и лоб в лоб столкнулась с тяжёлым грузовиком.
Вскоре после этого Пётр, уставший от постоянных конфликтов с начальником, с одной стороны, и от постоянных упрёков жены по поводу его работы — с другой, подал рапорт об увольнении. Костя брата не отговаривал: иногда у него самого возникало желание все бросить. Пётр уже подыскивал себе приличное место на «гражданке», считал оставшиеся смены и готовился устроить грандиозную «отвальную». Холодным вечером в ноябре 1992 года, перед самым окончанием рабочего дня, он отправился на обычную заявку о бытовом конфликте: женщина пригласила в гости бывшего мужа, вместе выпили, и он начал скандалить. Пётр позвонил в ободранную фанерную дверь на первом этаже пятиэтажки, дождался вопроса: «Кто там?», и представился, поглядывая на часы и злясь на неугомонных алкашей. Дверь открылась, и Пётр увидел дрожащую двустволку, направленную ему в живот. Он ещё успел подумать, что очень глупо носить пистолет в кобуре под полой кителя и шинелью и что теперь придётся валяться в госпитале долгие месяцы. Грохот выстрелов оборвал его мысли. Два заряда картечи вошли ему в живот, разорвали внутренности и припечатали к двери противоположной квартиры. Лежать в госпитале ему не пришлось.
Мужика отловили только через девять месяцев. Ранее трижды судимый, он прекрасно понимал, что за убийство мента ему весьма определённо светит вышка, и, не теряя времени, ударился в бега. Задержали его в Омске, при попытке украсть чемодан на вокзале. Мужик назвался другим именем, но при проверке быстро установили, кем он является на самом деле. Был суд. Совершенно неожиданно для всех, и в первую очередь для самого себя, убийца получил тринадцать лет лишения свободы. Молодой, юридически очень грамотный судья остался крайне недоволен собранной следствием доказательной базой и к тому же придерживался теории о недопустимости вынесения смертных приговоров.
Тогда Костя с предельной чёткостью осознал, что, если бы того мужика задерживал он сам, никакого суда не состоялось бы.
С того времени прошло два с половиной года. В гибели Петра его жена винила всю милицию в целом, и почему-то именно Костю — конкретно. Отношения с вдовой он восстановить так и не смог. Их редкие встречи неизменно
