Закон оказывается бессилен, и защитить молодую девушку, ставшую жертвой тяжкого преступления, может лишь её родственник, сотрудник уголовного розыска. Рассчитывая только на себя и своего напарника, он добивается цели. Зло наказано. Но за все надо платить, и вскоре уже он сам из охотника превращается в жертву.
Авторы: Майоров Сергей
доберусь.
Отделение располагалось на набережной, и капитан радостно поддержал.
— Конечно, тут всего-то две остановки на автобусе, да и пешком минут десять. Туда придёшь — отзвонись. Если будешь задерживать — я ГЗ подошлю, они помогут довезти.
— Ага, подошлёшь. Да я быстрее его сам дотащу!
Прицепив на пояс дубинку и зажав под мышкой папку с дежурным набором (всевозможные бланки, чистая бумага и резиновые перчатки на случай «общения» с трупами), майор вышел на улицу и отправился исполнять заявку. Нужный автобус ушёл перед самым носом, и, закурив «беломорину», участковый двинулся пешком.
Пятьдесят восьмой дом стоял прямо на набережной, но входные двери располагались со двора. Подходя к нужному подъезду, майор машинально обратил внимание на потрёпанный жёлтый «рафик», кособоко застывший перед тротуаром. На боках были намалёваны тусклые красные полосы, окна изнутри закрывали шторы, а тронутые ржавчиной номера вроде бы были государственными, хотя кто сейчас разберёт, какие номера частные, а какие нет? Задняя дверца была поднята вверх, и два крепких молодых парня выгружали на асфальт разнокалиберные коробки и сумки. Присмотревшись к одной из коробок, участковый разобрал надпись: «Ксерокс». Ещё года три назад он обязательно проверил бы у них документы и принадлежность груза, но сейчас прошёл мимо и стал подниматься к нужной квартире. В одиночку много не навоюешь. Если эти пошлют куда подальше, ты им и ответить-то толком не сможешь. Подмогу не вызвать, оружие можно будет применить, только когда они тебя убивать начнут, а резиновая дубинка в его годы — игрушка против двух здоровых лбов. Точнее, против трех: за рулём «рафика» сидел ещё один детина, стриженный наголо, в тёмных очках.
На каждом этаже располагались по три квартиры. Перед тем, как позвонить в тринадцатую, участковый расстегнул клапан кобуры, продетой на брючный ремень, под кителем. Оглянулся на дверь оставшейся за спиной пятнадцатой квартиры. Неровно выкрашенная розовой краской, с оторванными ручками и многочисленными заплатами вместо выломанных замков, дверь полностью соответствовала как внешнему, так и внутреннему облику своего хозяина — вора и алкоголика Стаса Земцова. В своё время, года три-четыре назад, он доставлял немало хлопот, но в последние месяцы, измученный циррозом и нажитым в зонах туберкулёзом, стал затихать и все реже попадался майору во всяких злачных местах. «Надо будет как-нибудь побеседовать с ним», — решил участковый, нажимая кнопку звонка тринадцатой квартиры.
Разбор скандала занял всего несколько минут. Мишка Злотов успокаиваться не хотел, совсем наоборот, он рвался погулять и покуражиться и, важно восседая за колченогим столом с двумя бутылками «красной шапочки», громко, визгливо начал «качать права». Успокоив Злотова несколькими ударами дубинки, майор сцепил ему руки «браслетами» и поволок на лестницу. Ревущая Кваскова, сотрясаясь всем своим необъятным рыхлым телом и придерживая на груди нестираный халат, изливала жалобы на своего бывшего сожителя и одновременно просила никуда его не забирать.
— Ну да, буду я к тебе каждые полчаса бегать, хахаля твоего успокаивать, — со злостью проговорил участковый, выпроваживая Мишку в коридор.
Оказавшись на лестничной площадке, притихший было Злотов вдруг упёрся каблуками в пол и вывалил на подругу целое ведро ругательств и угроз, самой безобидной из которых было обещание совершить половой акт в извращённой форме. Кваскова замолчала. Или испугалась угроз Мишки, или, давно отвыкшая от знаков мужского внимания, восприняла его слова как комплимент и обрадовалась.
Пинком под зад майор направил Злотова к ступеням.
Спустившись на один пролёт, они столкнулись с нагруженными коробками и сумками парнями. Теми самыми, из «рафика». Отступив к мусоропроводу, они пропустили милиционера с задержанным, протопали по ступеням наверх и остановились перед квартирой Земцова. Их ждали. Входная дверь сразу же распахнулась, и парни исчезли в тёмном коридоре. Звонко щёлкнул замок.
Удивившись данному обстоятельству, майор продолжил свой путь вниз. Злотов умолял отпустить и клялся, что навсегда уедет из района. Подогретое алкоголем воображение рисовало ему новые камеры, этапы и лагеря. Выйдя на улицу, майор запомнил номерной знак рафика и, придерживая Мишку за локоть, повёл в отделение. Пройдя половину пути, Злотов опять начал буянить и вырываться, адресуя шарахающимся от него прохожим жалобы на ментовский беспредел и обещания куда-то вернуться и со всеми разобраться. Пустив в дело дубинку, участковый в очередной раз успокоил задержанного и благополучно добрался до места назначения. Но госномер жёлтого микроавтобуса
