Откровение

мужчина продолжал пристально смотреть на него.
— Что вы хотите? — спросил Гордон.
— Мое имя брат Элиас, — ответил мужчина. — Я хочу помочь вам.
— Мне не нужна ничья помощь, — отрезал Гордон и вернулся к заполнению страховки.
— Нужна. Ваша жена собирается рожать. Возникнут проблемы.
Гордон, потрясенный и, помимо воли, слегка испуганный, вскинул голову.
— Что вы хотите сказать? Кто вы такой, черт побери?
Брат Элиас обезоруживающе улыбнулся и взялся рукой за булавку галстука.
— Вы не задумывались, — заговорил он, — что если бы Христос принял смерть от ножа, а не на кресте, мы бы сегодня поклонялись ножу? И эта булавка была бы в виде ножа. — Он выразительно взмахнул рукой. — И над входами наших церквей висели бы изображения ножа.
Шизофреник, подумал Гордон. Трудно было сказать, был ли брат Элиас бывшим хиппи, который обратился к Христу, потому что поехала крыша, или сбившимся с пути фундаменталистом, но одно Гордон почувствовал наверняка: этот человек — отнюдь не ординарный любитель поразлагольствовать о Библии. Гордон взял ручку, сложил листки бумаги и встал с намерением пересесть в другое кресло.
Брат Элиас поднялся одновременно с ним.
— Я знаю, что постигло вас и ваших близких, и я хочу помочь вам, — проговорил брат Элиас. — Вы страдаете за прегрешения нечестивцев. — Он быстро опустился на колени и протянул руку, стараясь увлечь Гордона за собой. — Встаньте и молитесь со мной, и мы все исправим.
Гордон отпрянул и встряхнул головой, с изумлением глядя на коленопреклоненного.
— Нет.
— «Поле есть мир; доброе семя, это — сыны Царствия, а плевелы — сыны лукавого. Враг, посеявший их, есть диавол; жатва есть кончина века». От Матфея, глава тринадцатая, стих тридцать девятый.
Гордон огляделся, нет ли кого в вестибюле, кто мог бы видеть эту сцену. Но те немногие, что сидели, глубоко погрузившись в мягкие кресла, либо смотрели сквозь затемненные окна на улицу, либо себе под ноги, полностью погрузившись в свои собственные беды и тяготы. На брата Элиаса никто внимания не обращал.
— Хвалите Иисуса! — воскликнул брат Элиас и склонил голову. — Хвалите Господа!
Почему этому психу вздумалось прицепиться именно ко мне, недоумевал Гордон.
Брат Элиас поднял голову:
— Если бы Христос был повешен, а не распят, мы бы сегодня поклонялись петле.
Гордон направился к регистратуре и постучал костяшками пальцев по белой столешнице, чтобы привлечь внимание женщины в наушниках.
— Простите, мисс, но этому человеку полагается находиться здесь? — кивнул он в сторону брата Элиаса, все еще стоящего на коленях на полу вестибюля.
Женщине хватило одного взгляда на солидно одетого проповедника с Библией и стопкой брошюрок, чтобы нажать красную кнопку на приборной доске.
— Охрана! — произнесла она в микрофон. — Его преподобие опять здесь. Вы не могли бы его проводить из здания больницы?.. Спасибо. — Посмотрев на Гордона, она кивнула, показывая, что сейчас все уладят.
Гордон вернулся к своему креслу, но на сей раз брат Элиас не стал садиться с ним рядом.
— Молитесь, — бросил он, спокойно направляясь к стеклянным раздвижным дверям главного входа. Потом обернулся и добавил: — Молитесь за вашу жену. Молитесь за вашу дочь. «Ибо я пришел восстановить сына против отца своего и дочь против матери своей». — Черные зрачки на секунду впились в глаза Гордона, и он исчез, вышел из здания ровно в тот момент, как из другой двери в вестибюле появились двое охранников.
Гордон снова взял ручку и стопку формуляров.
Сверху лежала дешевая брошюрка. На обложке крупными жирными буквами значилось:
САТАНА ИСПОЛЬЗУЕТ ВАС! ОН УЖЕ ЗДЕСЬ!
Не затрудняя себя чтением брошюры. Гордон скомкал ее и бросил в большую урну, расположенную по соседству с креслом.
Ему надо было заполнить документы медицинского страхования.

Было почти четыре часа, когда наконец из распашных дверей появилась Марина на каталке, которую везла уже другая нянечка. Гордон, покойно расположившийся в кресле у окна, выходившего на улицу, немедленно встал при ее появлении. Она выглядела усталой, но на лице блуждала улыбка. Увидев его, она быстро встала с кресла.
— Хорошие новости, — заявила она.
— Правда? — не веря своим ушам, переспросил Гордон. Он готовился к самому худшему, и это заявление застало его врасплох.
— Я так думаю. Предварительные анализы обнадеживают. Но наверняка мы сможем узнать только завтра. — Она улыбнулась и подмигнула. — Советую начать думать над именем девочки.
— Ты уверена?
— Шутка.
— Что, действительно все в порядке?
— Похоже на то, — рассмеялась