Откровение

оставляемое одним работающим дворником. Дорога свернула к реке, бурой и грязной из-за дождя; с восточной стороны лесопилки находился мост. Сквозь лобовое стекло ему была видна труба котельной, из которой навстречу дождю смело рвались в небо энергичные клубы дыма. Вдруг полыхнула красная вспышка, и отец Эндрюс ударил по тормозам.
Что это?
Еще одна — яркий красный свет залил все кругом. Даже листва деревьев стала кроваво-красной.
Молния. Это была вспышка молнии, и отец Эндрюс с изумлением уставился в небо. Ему никогда раньше не приходилось видеть красных молний. Вот еще одна. За ней — другая… третья…
Наконец он отпустил тормоз и поехал дальше. Что-то странное в этих цветных молниях, что-то ему в них не понравилось, даже стало как-то тревожно. Но он постарался сосредоточиться на дороге и не обращать внимания на необычно громкий и раскатистый гром и молнии, которые уже вспыхивали почти непрерывно.
Он свернул направо, на Главную, и подъехал к офису шерифа. Припарковав машину как можно ближе ко входу, он в несколько прыжков преодолел открытое пространство и приостановился в вестибюле, вытирая ноги и стряхивая капли дождя с волос.
— Ненавижу такую погоду, — улыбнулся он, обращаясь к миловидной дежурной.
— А нам нравится, — с улыбкой откликнулась она. — С муссонами тут гораздо легче жить. Чем могу быть полезна? — добавила женщина, вспомнив о своих служебных обязанностях.
— Мне нужно увидеться с шерифом Велдоном. Я Дональд Эндрюс.
— Отец Эндрюс! Шериф ждет вас. Я провожу. — Дежурная встала, толкнула качающуюся калиточку, разделяющую вестибюль и ее рабочее место, и двинулась по коридору в глубь здания. — Они в конференц-зале. — Через несколько секунд она толкнула массивную дверь, просунула голову и сообщила: — Пришел отец Эндрюс. — Придержав дверь, она пропустила посетителя внутрь.
Шериф уже встал с кресла, протягивая руку.
— Рад вас видеть, отец.
Отец Эндрюс пожал протянутую руку, но внимание его переключилось на мужчину в строгом деловом костюме, который сидел с противоположной стороны стола посередине комнаты. Брат Элиас. Он медленно двинулся вперед, глядя в лицо проповедника. Глаза брата Элиаса — сплошные черные зрачки — немигающе смотрели на него.
Шериф обошел вокруг стола и сел рядом с проповедником, кивком приглашая священника занять свободное кресло. Эндрюс предпочел место напротив шерифа. Придвинувшись ближе к столу, он мог разглядеть, что булавка галстука брата Элиаса выполнена из золота в виде маленького распятия. И запонки в виде крестов.
Шериф снял шляпу, положил на стол перед собой и громко прокашлялся.
— Вы сказали, что слышали про брата Элиаса, — заговорил он, обращаясь к священнику. — Что именно вы слышали?
Отец Эндрюс бросил взгляд на проповедника. Ему показалось неловко говорить о том в третьем лице, словно об отсутствующем.
— Немного, — ответил он. — Так, слухи.
— Например?
— Со мной разговаривали некоторые из моих прихожан. Они говорили, что он проповедует по городу, делает предсказания…
— Так, предсказания, — кивнул шериф. — Какого рода предсказания? Вам их называли? Отец Эндрюс покачал головой.
— Он предсказывал пожары в церквях, — негромко заговорил Джим. — И церкви горели. Он предсказывал, что будут красные молнии. Мы видим красные молнии. — Он помолчал. — И предсказывал, что будут землетрясения.
— И мухи, — добавил брат Элиас, слегка улыбнувшись.
— И мухи, — согласился Джим и внимательно посмотрел на священника. — Как вы это можете истолковать?
— Не знаю, — честно признался Эндрюс. — А как я должен это истолковывать?
— Спросите у него, — предложил шериф. — Может, вы увидите какой-то смысл в том, что он говорит. Священник повернул голову к брату Элиасу.
— Почему сбываются ваши предсказания?
— Противник уже среди нас, — произнес проповедник. — Нечистый здесь.
— Что значит «противник уже среди нас»? — подался вперед отец Эндрюс. — Вы хотите сказать, сатана? Действительно, физически, именно здесь?
— Сатана здесь, — повторил брат Элиас. — И он собирает воинство, призванное помочь ему свершить его дело.
— Но что значит «здесь»? Вы имеете в виду — здесь, на Земле? Или здесь, в Рэндолле?
Брат Элиас впился своими черными глазами в глаза Эндрюса.
— Он здесь, — заговорил он, постукивая указательным пальцем по столу, подчеркивая каждое слово. — Здесь, в городе. Он набирает себе слуг, готовясь к грядущей битве с силами Господа. Здесь будет поле брани.
Джим поднялся, устало почесывая пятерней в волосах.
— Почему вы решили, что он здесь? — спросил он. — В фениксе тоже были осквернены несколько церквей. Откуда вы знаете,