Откровение

это Джим Велдон.
— Джим! — бодро воскликнула пожилая женщина. — Давненько тебя не слышала. Как поживаешь?
— Спасибо, Милли, — невольно улыбнулся ее энтузиазму шериф. — Как у вас?
— Отлично. Если помнишь, в прошлом году мы начали составлять книгу по истории Рэндолла, и на будущей неделе должны уже отдавать в печать. Поэтому и сижу допоздна. Приходится все самой проверять — на тот случай, не упустили ли чего.
Джим моментально ухватился за подвернувшийся случай.
— А в книге упоминается Молочная ферма? — как можно небрежнее спросил он.
— Почему ты спрашиваешь?
— Просто вспомнил те истории, которые мы любили пересказывать в детстве.
— Истории о призраках? — рассмеялась Милли. — Они были старыми, когда мы с твоими родителями были детьми. — Думаю, нынешние дети их тоже рассказывают.
— А вы о них в книге упоминаете? — развивал тему Джим.
— Конечно! Как в большинстве историй, которые передаются из поколения в поколение, — возбужденным голосом историка, влюбленного в свой предмет, продолжала Милли, — в них обязательно кроется частица истины. Полагаю, ты бывал в районе Молочной фермы? Видел кресты и могилы?
— Да, только попал туда уже подростком, намного позже, чем про них услышал.
— Там действительно жители нашего региона хоронили умерших детей.
— А зачем надо было уезжать так далеко от города?
— А затем, — для большего эффекта Милли выдержала театральную паузу, — что не все дети были мертвыми. Большинство — да, мертворожденные, но бывали случаи, когда ребенок рождался больным или калекой, то родители привозили его сюда и оставляли умирать.
— Господи, — ужаснулся Джим.
— Вот тогда и начались все эти истории.
— Просто не верится.
— Не суди их слишком строго, — продолжала Милли. — В те времена умирали три из четырех младенцев. Люди поступали так, как считали практичным. Они предпочитали выпалывать слабые и нетвердые ростки, а не тратиться на них впустую. Времена были суровые. Большинство семей не могло позволить себе больше одного ребенка, и они хотели быть уверены, что их единственное чадо вырастет сильным и здоровым. А о контроле за рождаемостью, как понимаешь, тогда никто не думал.
— Просто не верится, — повторил Джим. — Мне всегда казалось, что эти истории — вымышленные. Я даже не предполагал, что эти кресты стоят на настоящих могилах. Впрочем, не помню, что я про них тогда думал. Но то, что там нет настоящих могил — в этом я был уверен.
— Абсолютно настоящие. Но это еще не все. Еще раньше, до того, как сюда пришли белые люди, индейцы из племени Анасази делали то же самое. В том же самом месте. Вполне возможно, что наши предки именно у них и переняли это обычай.
Джим уже чувствовал, как сердце колотится где-то под горлом, а в висках пульсирует кровь. Живот свело страхом.
— А я еще вспоминаю историю о проповеднике, — солгал он. — О проповеднике, который каким-то образом связан с Молочной фермой.
— Конечно, — ничуть не удивилась Милли. — Был такой проповедник. Только это не выдумка. Во время исследования мы нашли ряд документов — дневники и журналы, которые подтверждают реальность существования этого человека.
— Правда? — зажмурившись и прижимая трубку к уху, чтобы не выронить ее из внезапно ослабевшей руки, переспросил Джим.
— Да. Это было примерно полтора века назад. Некий странствующий священник, оказавшийся в нашем регионе, каким-то образом узнал про то, что делается на Молочной ферме, и начал с каждого ящика кричать о греховности подобной практики. Перепугал всех. Он пробыл в городе неделю, а потом начал уговаривать людей пойти туда вместе с ним. Но никто не хотел. И все-таки несколько человек согласились подняться с ним на Зубцы. На самом деле… — Милли на секунду запнулась. — Погоди, сейчас… точно, вот я нашла. В то время шерифом в городе был твой прадед. Он тоже ходил с ними.
— А как выглядел этот проповедник? Вы не знаете?
— На самом деле описаний практически не сохранилось, за исключением, может, одной детали. Судя по всему, у него были удивительные, неестественно черные глаза.
Джим облизнул внезапно пересохшие губы.
— И что произошло дальше?
— Этого мы не знаем. В одном из дневников записано, что они занимались чем-то вроде экзорцизма, но это не наверняка. Мы даже не знаем, что именно они там собирались изгонять. Изумительно, не правда ли?
— Да, — механически откликнулся Джим.
— Теперь ты понимаешь, как рождаются всякие слухи и легенды о призраках. Разумеется, большую часть этой информации мы почерпнули из личных воспоминаний, а ты сам знаешь, что на такие источники полагаться нельзя. Но пища для размышлений имеется.
— Конечно, — прокашлялся Джим. — А что дальше