Откровенные признания

Лотти остались неподвижными и безжизненными.
— Я люблю своего мужа.
Раднор вскипел:
— Этого не может быть!
Глядя в непонимающие глаза Раднора, Лотти была почти готова посочувствовать ему.
— Мне жаль вас, — призналась она. — Вы не в состоянии любить тех, в ком вы видите изъяны. Должно быть, вам живется очень одиноко.
— Я любил тебя! — выкрикнул он в бешенстве. — Любил, черт бы побрал твою низкую душонку!
— Значит, вы любили несуществующего человека. Недостижимый идеал, а не меня. — Она слизнула с губы капельки пота. — Милорд, вы же ничего обо мне не знаете.
— Я знаю тебя лучше, чем кто-либо, — живо возразил он. — Если бы не я, ты была бы ничтожеством. Ты принадлежишь мне.
— Нет. Я жена лорда Сиднея. — Поколебавшись, она сделала признание, которое обдумывала последние несколько дней:
— И теперь уже ясно, что я жду от него ребенка.
Глаза лорда Раднора превратились в два бездонных колодца на мертвенно-белом лице. Лотти поняла, что он переживает сильнейшее потрясение: видно, ему и в голову не приходило, что его мечта может забеременеть от другого мужчины.
Раднор отдернул от нее руку, словно обжегшись, и поднялся. Продолжая прижимать ледяное дуло пистолета к виску Лотти, он снова встал у нее за спиной. Влажная ладонь легла на ее встрепанные волосы.
— Ты все испортила, — безучастно выговорил он и взвел курок. Гулкий щелчок эхом отдался в ноющей голове Лотти. — Мне ничего не осталось. Ты никогда уже не будешь той, которую я желал.
— Да, не буду, — негромко согласилась Лотти. — Все было напрасно.
Ледяная струйка пота скатилась с ее лба. Она ждала, когда он спустит курок. После всего, что он услышал, Раднор наверняка прикончит ее. Но Лотти не собиралась тратить последние минуты жизни, поддаваясь страху. Закрыв глаза, она стала думать о Нике — его поцелуях, улыбке, тепле сильных рук, обнимающих ее. Слезы сожаления и радости подступили к ее глазам. Будь у нее еще хоть немного времени… будь хотя бы шанс объяснить, как он дорог ей!.. У нее вырвался глубокий вздох, и она продолжала спокойно ждать, когда Раднор нажмет курок.
Но дуло пистолета вдруг перестало давить ей на висок. В напряженной тишине Лотти открыла глаза, не понимая, что происходит. Если бы не хрипловатое дыхание Раднора, она решила бы, что он покинул комнату. Лотти начала поворачиваться, когда от внезапного выстрела у нее зазвенело в ушах. Ее сбросило на пол, юбку и руки усеяли странные горячие капли.
Ошеломленная Лотти перевела дух и принялась стирать с рук красные капли, которые оставляли длинные полосы винного оттенка. Кровь, с удивлением поняла она и перевела взгляд на скорчившегося Раднора. Он лежал на полу в нескольких футах от нее, содрогаясь в предсмертных муках.

Наконец решив обо всем доложить Моргану, Ник и Сейер отправились на Боу-стрит. Ника мучила боль: горел ободранный бок, сломанные пальцы, перевязанные платком, распухли, ныли мышцы рук. Усталый, он не мог дождаться, когда вернется домой, к Лотти.
Добравшись до давно знакомого старого здания на Боу-стрит, они направились прямиком к сэру Гранту в надежде, что он уже вернулся с дневного заседания суда. Завидев в дверях Ника и Сейера, секретарь суда Викери вскочил. На его лице отразилось изумление, он уставился через очки на встрепанных и перепачканных приятелей.
— Мистер Сейер, мистер… то есть лорд Сидней…
— У нас вышла небольшая размолвка у Флит-Дич, — объяснил Сейер. — Морган примет нас, Викери?
Секретарь бросил смущенный взгляд на Ника.
— Сейчас он… допрашивает кое-кого, — пробормотал он.
— И надолго это? — раздраженно осведомился Ник.
— Понятия не имею, лорд Сидней. Похоже, дело не терпит отлагательств. Кстати, собеседник сэра Гранта — ваш лакей, милорд.
Ник замер — ему показалось, что он ослышался.
— Что?
— Некий мистер Дэниел Финчли, — пояснил Викери.
— Какого черта он здесь делает? — Встревоженный, Ник без стука ворвался в кабинет Моргана.
Хозяин кабинета был мрачен.
— Входите, Сидней, вы как раз вовремя. Что у вас с рукой?
— Не важно, — нетерпеливо отмахнулся Ник. Посетителем Моргана и вправду оказался Дэниел — в разорванной ливрее, с синяком под глазом и запекшейся кровью на лице. — Кто это сделал? — грозно нахмурился Ник. — Почему вы здесь, Дэниел?
— Я не застал вас дома, милорд, — взволнованно заговорил лакей, — не знал, как быть, и поспешил к сэру Гранту. С леди Сидней беда!
Ник вздрогнул и мгновенно побелел.
— Что?!
— Сегодня утром леди Сидней поехала к родителям за младшей сестрой. Она приказала мне сопровождать ее