Откровенные признания

после продолжительной паузы, деликатно прокашлялся и повторил:
— Сидней…
Ник не сразу поднял голову.
Лотти уперлась ладонями ему в грудь, он наконец ослабил объятия. Раскрасневшаяся и смущенная, Лотти огляделась и обнаружила, что Сейер с живым интересом смотрит в окно, а Дэниел незаметно покинул кабинет.
— Простите, но я вынужден помешать вашему воссоединению, милорд, — заговорил сэр Грант. — Я хотел бы узнать, что произошло с Раднором, где он сейчас и почему вес платье леди Сидней в крови.
Вспомнив, в каком состоянии ее одежда, Лотти смутилась и поспешно закивала. Оставаясь в объятиях Ника, она объяснила:
— Лорд Раднор мертв. Он привез меня к себе домой, разговор продолжался несколько минут, потом он совершил самоубийство.
— Каким образом? — спокойно уточнил сэр Грант.
— Застрелился. — Лотти задрожала, се волнение передалось Нику. — Мне нечем объяснить его поступок — разве что помутнением рассудка. Я распорядилась, чтобы слуги не трогали труп, — очевидно, вы пришлете на место происшествия сыщика.
— Вы поступили совершенно правильно, миледи, — кивнул сэр Грант. — Можно задать вам еще несколько вопросов?
— Завтра, — решительно вмешался Ник. — На сегодня с нее хватит. Ей необходим отдых.
— Я охотно отвечу на все ваши вопросы, — заверила Лотти, — но лишь в том случае, если вы пошлете за врачом — чтобы он осмотрел руку лорда Сиднея, а заодно и нашего лакея.
Сэр Грант понимающе прищурился:
— Я сейчас же велю привезти доктора Линли.
— Я сам разыщу его, — вызвался Сейер и поспешно покинул кабинет.
— Превосходно, — заключил Морган и снова повернулся к Нику:
— А пока мы ждем Линли, милорд, будьте любезны объяснить, где и как вы повредили руку и почему от вас несет так, словно вы слонялись вдоль Флит-Дич.

Гораздо позднее, провалявшись в постели и проговорив несколько часов кряду. Ник рассказал Лотти, о чем думал в роковые минуты, очутившись на волосок от гибели в здании старого склада. Лотти слушала, положив голову ему на плечо и медленно перебирая волоски на его груди. Голос Ника звучал хрипло и сонно — от снадобий, которыми доктор Линли напичкал его, прежде чем наложить лубки на сломанные пальцы. Ник принял лекарство только потому, что в противном случае его пообещали напоить им насильно, взяв за руки и за ноги, — Сейер и Морган охотно вызвались помочь.
— Никогда еще я не испытывал такой острой жажды жизни, как в те минуты, когда висел на гнилой балке, — признался Ник. — Мне было невыносимо думать, что больше я никогда не увижу тебя. Я жалел о впустую потраченном времени, которое мог бы провести с тобой. Только бы видеть тебя рядом — больше мне ничего не надо.
Пробормотав ласковые слова, Лотти поцеловала его в плечо.
— Помнишь, когда-то я объяснял, что служба на Боу-стрит мне необходима? — спросил он.
Лотти кивнула:
— Ты говорил, что привык к риску и опасностям.
— Так вот, я избавился от этой привычки, — сообщил Ник.
— И слава Богу! — Лотти улыбнулась, приподнимаясь на локте. — Потому, что я слишком привыкла к тебе.
Ник провел ладонью по ее шелковистой спине.
— А еще я знаю, какое желание хотел бы загадать:
Лотти озадаченно нахмурилась, длинные пряди ее волос рассыпались по его груди и плечам.
— Желание? О чем ты?
— Помнишь Колодец желаний?
— Да, да! — Лотти наклонилась и поцеловала его в грудь, вспоминая чудесное утро в лесу. — В тот день ты так и не загадал желание.
— Потому что не знал, чего хочу. А теперь знаю.
— А мне скажешь? — ласково спросила она.
Он обхватил ладонью ее затылок и потянулся к ее губам.
— Я хочу только одного — любить тебя всю жизнь, — прошептал он, прежде чем их губы соприкоснулись.

Через час после рождения мистера Джона Роберта Кэннона сэр Росс вынес его в гостиную, где собрались родные и друзья. Спящего малютку, завернутого в одеяльце, отделанное кружевом, встретил хор негромких радостных восклицаний. Передав тугой сверточек своей сияющей матери Кэтрин, сэр Росс с блаженным вздохом опустился в кресло.
Глядя на него, Ник отметил, что никогда еще не видел сэра Росса таким изможденным и ветревоженным. Бросив вызов всем традициям и условностям, сэр Росс не отходил от жены на всем протяжении родов — он просто не мог ждать за дверью, зная, что она страдает. И вот теперь, со встрепанными черными волосами и без привычной самоуверенной усмешки, сэр Росс выглядел гораздо моложе. Он вдруг превратился в самого обычного мужчину, которому срочно необходимо