Откровенные признания

хрустящей крахмальной рубашки поддерживал темно-серый шелковый галстук. Он обвел взглядом присутствующих, слегка задев им Лотти, чуть дольше задержавшись на Джентри и, наконец, засмотревшись на жену. Лотти обратила внимание на его необычные глаза — пронзительно-серые, блестящие, при виде которых ей почему-то представилась молния, пойманная в бутылку.
Изумив ее, Софи обратилась к этому незаурядному человеку кокетливым тоном:
— Ну, теперь нам придется обсуждать какую-нибудь скучищу вроде политики или судебной реформы!
Рассмеявшись, сэр Росс наклонился и поцеловал ее в щеку. Этот супружеский жест был бы ничем не примечательным, если бы не завершился нежным прикосновением носа. Софи прикрыла глаза, словно на миг отдавшись обольстительным воспоминаниям.
— Я постараюсь никому не наскучить, — пообещал сэр Росс с улыбкой. Он выпрямился, и свет заиграл на его смоляных волосах, подчеркнул серебристый блеск седины на висках.
С каменным лицом Джентри поднялся, чтобы пожать зятю руку.
— Сэр Грант говорил, что вы хотите видеть меня, — без предисловий заявил он. — Что еще вы задумали, Кэннон?
— Об этом потом. Сначала я хотел бы познакомиться с вашей застенчивой молодой супругой.
Лотти невольно рассмеялась: выйти замуж за обладателя такой скверной репутации, как Ник Джентри, способна только смелая и безрассудная особа. Она присела перед бывшим главой суда. Взяв ее за обе руки, сэр Росс заговорил с обезоруживающей мягкостью:
— Добро пожаловать в семью, миссис Джентри. Если вам понадобится какая-нибудь помощь — вам достаточно только обратиться за ней. Я весь к вашим услугам.
Лотти поняла скрытый смысл его слов.
— Благодарю вас, сэр Росс. И сожалею о необходимости скрывать наше родство: я гордилась бы такими родственниками, как вы и леди Кэннон.
— Возможно, все еще удастся поправить, — загадочно отозвался он.
Лотти вдруг почувствовала, что Джентри обнял ее за талию, отвлекая от разговора с сэром Россом.
— Вряд ли, — ответил Джентри зятю. — Ни за какие блага мира я не позволю разглашать эти сведения.
Софи поспешно вмещалась:
— Поскольку для традиционного свадебного завтрака уже слишком поздно, предлагаю устроить свадебный ленч. Сегодня у нас бараньи котлеты, молодая спаржа и салат. И ананасовый крем на десерт.
— Правда? — радостно воскликнула Лотти, тоже стараясь немного разрядить атмосферу. Она уже успела сесть на прежнее место и расправить складки юбки. — Спаржу я никогда не пробовала, хотя давно мечтала.
— Никогда не пробовали спаржу? — изумленно переспросила Софи.
Лотти попыталась объяснить, почему незнакома с подобными деликатесами, но Джентри перебил ее, присев рядом и взяв ее за руку.
— В пансионе мою жену воспитывали по-спартански, — сообщил он сестре. — Она несколько лет училась в Мейдстоуне.
Сэр Росс сел рядом с женой и устремил взгляд на Лотти.
— Солидное заведение, выпускницы которого имеют репутацию истинных леди, — ободряюще заметил он. — Учеба оставила у вас приятные воспоминания, миссис Джентри?
— Пожалуйста, зовите меня Лотти, — робко попросила она и принялась рассказывать о годах учебы. Сэр Росс внимательно слушал, но Лотти не понимала, почему его так интересуют подробности.
Ленч подали в зимнем саду, на столе, уставленном сверкающим хрусталем и фарфором. Хозяевам и гостям прислуживали два лакея. Лотти с любопытством разглядывала оранжерейные растения и пышно цветущие чайные розы, наполняющие воздух благоуханием. В этой животворной атмосфере смягчился даже Джентри. Откинувшись на спинку стула, он развлекал присутствующих рассказами о работе на Боу-стрит — в частности, о том, как сыщикам поручили изучить грязное нижнее белье и рубашки узников тюрьмы. Тюремные власти заподозрили, что заключенные пишут записки карандашом на одежде и передают их родственникам. Белье и рубашки пребывали в таком плачевном состоянии, что сыщикам пришлось бросать жребий, чтобы решить, кто возьмется за эту грязную работу. К тому времени, как Джентри закончил описывать ярость невезучего сыщика, вытащившего самую короткую соломинку, даже сэр Росс заливался смехом.
Постепенно сэр Росс и Джентри перешли к обсуждению трудностей так называемой новой полиции, учрежденной десять лет назад. Полиция на Боу-стрит представляла собой отдельное подразделение: констебли и сыщики сэра Гранта были гораздо опытнее и компетентнее еще необстрелянных коллег, прозванных сырыми лобстерами.
— А почему их так прозвали? — не удержавшись, полюбопытствовала Лотти.
Сэр Росс улыбнулся:
— Потому что сырые лобстеры синеватые, как форма