Откровенные признания

признаться, что меня волнует ваше будущее, но мне они не приходят в голову. Ваша судьба поистине удивительна, — он сделал паузу и грустно улыбнулся, — и это еще слабо сказано. Ее повороты не назовешь иначе как беспорядочными и ошеломляющими.
Джентри сидел в томной позе, но Лотти почувствовала, как он затаился в ожидании удара.
— Я не просил вас беспокоиться о моем будущем.
— Тем не менее я задумался о нем. Последние три года я следил за вашей карьерой…
— Следили? — сухо перебил Джентри. — Скорее уж, вмешивались в нее и пытались управлять мной.
Привыкнув за долгие годы службы в суде ко всякому, сэр Росс только пожал плечами:
— Я поступал так, как считал нужным. Не забывайте, что в наших делах мне приходилось учитывать и интересы Софи. Только благодаря ей я спас вас от виселицы. Она верила, что в глубине души вы добры и благородны. И хотя лично я не усматривал в вас подобных качеств, теперь я готов согласиться, что она была права. Вы отнюдь не злодей, каким представлялись мне.
Джентри холодно улыбнулся, понимая, что его только что сдержанно похвалили:
— В ответ позвольте заметить, что вы вовсе не такой бездушный лицемер и сухарь, каким кажетесь.
— Ник! — укоризненно воскликнула Софи и накрыла хрупкой ладонью кисть сэра Росса. — Мой муж никогда не допускал ни единой лицемерной мысли. А что касается бездушия… уверяю тебя, это свойство ему чуждо. Совсем наоборот…
— Софи, — мягко перебил сэр Росс, — тебе незачем защищать меня, дорогая.
— И все-таки ты не сухарь, — настаивала она.
Он успокаивающим жестом взял жену за руку, они переплели пальцы и обменялись интимным, полным обоюдного удовольствия взглядом. У Лотти заныло в груди. Каково это — испытать вот такую любовь? Этим двоим доставляло наслаждение просто видеть друг друга.
— Ладно, — нетерпеливо вмешался Джентри, — вернемся к делу, Кэннон. У меня нет ни малейшего желания проводить с вами весь день своей свадьбы.
Бывший судья усмехнулся:
— Хорошо, я буду краток. С тех пор как вы стали служить на Боу-стрит, сэр Грант держал меня в курсе ваших успехов, сообщал об участии в расследованиях, рейдах пеших патрулей, погонях, в которых вы рисковали жизнью. Но только после пожара в доме Бартаса я понял, насколько вы изменились.
— Я ничуть не изменился, — настороженно возразил Джентри.
— Вы научились ценить жизнь других людей, а не только свою собственную, — объяснил сэр Росс. — Вы выдержали испытание, которое я предложил вам три года назад, и внесли свой вклад в укрепление общественного порядка. А теперь еще и женились. Любопытно: именно на такой девушке вы могли бы жениться, если бы не лишились титула и положения в обществе по воле обстоятельств.
Джентри прищурился:
— На титул мне плевать! Бог свидетель, он мне ни к чему.
Сэр Росс вертел в руках ложку, сохраняя на лице выражение шахматиста в разгар длинной партии.
— Вы так и не поняли, в чем заключается особенность вашего титула. Он принадлежит вам — не важно, хотите вы этого или нет. Титул не исчезает просто потому, что кто-то предпочел игнорировать его.
— Но титул может исчезнуть, если его обладатель станет другим человеком.
— Так не бывает, — возразил сэр Росс. — Настоящий Ник Джентри умер четырнадцать лет назад. Вы лорд Сидней.
— Об этом никто не знает.
— Значит, пора принять меры, — спокойно отозвался сэр Росс.
Джентри замер, пытаясь осмыслить его слова.
— Что это значит, черт возьми?
— После длительных размышлений я решил начать процесс возврата титула от вашего имени. Недавно я объяснил вашу ситуацию секретарю лорд-канцлера. Я не только заверил его, что вы и есть пропавший без вести лорд Сидней, но и подтвердил, что вы имеете прочное финансовое положение. Примерно через две недели секретарь издаст предписание, призывающее вас в палату лордов. После этого я представлю вас обществу как лорда Сиднея на балу в вашу честь.
Джентри вскочил так порывисто, что с грохотом опрокинул стул.
— Подите к черту, Кэннон!
Эта вспышка ошеломила Лотти: Джентри воспринял слова Кэннона как угрозу для собственной жизни. Но опасность, которую он почуял, была не физической, из тех, к каким он давно привык, а неосязаемой, невидимой… Казалось, ему грозит тюрьма, откуда невозможно сбежать.
Лотти разглядела отчаяние под его каменной маской, почувствовала, как он тщетно ищет пути выхода из создавшегося положения.
— Я намерен все отрицать, — заявил Джентри.
Сэр Росс сложил ладони молитвенным жестом, не сводя с него глаз.
— В таком случае я сам, сэр Грант, ваша сестра и даже ваша жена подтвердят, что в нашем присутствии вы признавали себя