Откровенные признания

В сложившихся обстоятельствах их безупречная репутация была весьма кстати: печально известный Ник Джентри нуждался в достойных покровителях.
Лондонский дом герцога, который тактично называли видным, был настолько велик, что зачастую гости сбивались с пути, переходя из одной анфилады покоев в другую. Здесь были бесчисленные гостиные, комнаты для завтрака, кофе и чаепитий, оружейные, кабинеты, курительные и музыкальные салоны. Бальный зал представлял собой помещение площадью несколько акров с начищенным до блеска паркетом, отражающим свет полудюжины хрустальных люстр, подвешенных на высоте двух этажей. Обрамленный галереями и балконами, бальный зал изобиловал уютными уголками для задушевных разговоров, сплетен и интриг.
На бал было приглашено не менее пятисот гостей, многих выбрали только за блестящее положение в обществе. Как сухо заметила Софи в разговоре с Ником, приглашения на этот бал считались столь высоким знаком отличия, что никому и в голову не пришло отклонить их.
С приличествующим случаю выражением лица Ник выслушал, как его представляют герцогу и герцогине — оба они были знакомы с его родителями.
— Вы поразительно похожи на своего покойного отца, — сказала герцогиня, когда Ник склонился над ее рукой. Седую голову миниатюрной элегантной дамы украшала диадема с бриллиантами, шею — жемчужное ожерелье с таким количеством нитей, что казалось, будто они тянут хрупкую хозяйку к земле. — Даже если бы я не знала вашу фамилию, — продолжала герцогиня, — я сразу узнала бы вас: лицо… глаза… да, вы определенно Сидней. Какая трагедия одновременно потерять обоих родителей! Если не ошибаюсь, они утонули?
— Да, ваша светлость. — Нику объяснили, что его мать утонула, когда во время увеселительной прогулки по реке перевернулась лодка. Отец бросился спасать ее и погиб сам.
— Очень жаль, — вздохнула герцогиня. — Помню, они были прекрасной, любящей парой. Если так, значит, им повезло — они покинули этот мир вместе.
— Действительно, — согласился Ник, подавляя вспышку раздражения. После гибели родителей эти слова он слышал бесчисленное множество раз — ему объясняли, как милостива к ним судьба, если позволила им умереть вместе. К сожалению, и Ник, и Софи не разделяли эти романтические взгляды — они предпочли бы, чтобы хоть кто-нибудь из родителей выжил. Ник переглянулся с сестрой, стоящей рядом с сэром Россом. Софи выслушала замечание герцогини, слегка прищурилась и обменялась с Ником мимолетной усмешкой.
— Ваша светлость, — улучив минуту, вступила в разговор Лотти, — с вашей стороны было чрезвычайно любезно оказать нам столь радушный прием. Мы с лордом Сиднеем навсегда с благодарностью запомним ваше великодушие.
Явно польщенная, герцогиня заговорила с Лотти, а герцог одарил Ника одобрительной улыбкой.
— На редкость удачный выбор, Сидней, — заметил пожилой джентльмен. — Ваша жена сдержанна, прекрасно воспитана и прелестна. Вам несказанно повезло.
Никто и не подумал бы противоречить ему, и в первую очередь Ник. Лотти стала королевой бала: ее платье было изящным, но не чрезмерно, улыбка — непринужденной, осанка — величественной, как у юной властительницы. Ни великолепие зала, ни сотни любопытных взглядов ничуть не смущали ее. Она была так безупречно вежлива и мила, что никто не заподозрил бы, что под этой маской скрывается стальная воля. Никто не догадался бы, что эта юная женщина воспротивилась родительской воле и целых два года прожила, зарабатывая себе на хлеб сама, а потом сумела укротить сыщика с Боу-стрит.
Пока герцог продолжал встречать гостей, герцогиня беседовала с Лотти. Они стояли рядом, дружески сблизив золотистую и седую головы.
Софи придвинулась поближе к Нику, прикрыла улыбку веером и пробормотала:
— Ну, что я тебе говорила?
Ник криво усмехнулся, вспомнив уверения сестры, что Лотти — настоящее сокровище.
— В английском языке нет более раздражающих слов, Софи.
— Лотти — милейшее создание, она слишком хороша для тебя, — насмешливо поблескивая глазами, известила его сестра.
— Я же не спорю.
— И она тебя обожает, — продолжала Софи. — На твоем месте я не принимала бы эту удачу как должное.
— Обожает? — настороженно переспросил Ник, у которого вдруг учащенно забилось сердце. — С чего ты взяла?
— Однажды она… — Софи осеклась, заметив только что прибывшую пару. — О, и лорд Фаррингтон здесь! Прости, Дорогой: весь прошлый месяц леди Фаррингтон проболела, и я просто обязана поскорее справиться о ее здоровье.
— Постой! — потребовал Ник. — Сначала объясни!
Но Софи уже отошла под руку с сэром Россом, оставив Ника тихо кипеть от возмущения.
Закончив