Откуда берутся дети?

Потом принял более удобную позу и заложил руку за голову. Покосился на Ксению, но тронуть её не решился. Вскоре затосковал, понимая, что ведёт себя неправильно. Не так всё. А пока пытался принять правильное решение, она сама к нему повернулась и молча прижалась. Говоров улыбнулся в темноте и обнял её двумя руками, поцеловал в лоб.
Она отчётливо всхлипнула, шмыгнула носом и больно вцепилась в его руку. Заревела, кусая губы. Андрей подтянул её повыше и поцеловал в кончик носа, потом в щёку. Почувствовал солоноватый привкус и принялся пальцем аккуратно её слёзы вытирать.
— Не плачь, — шёпотом попросил он.
Ксения обняла его за шею и согласно кивнула. И снова всхлипнула.
Он провёл рукой по её коротким волосам, потом большим пальцем по её щеке вниз к подбородку.
— Я тебя люблю.
По её щекам вновь покатились слёзы. Андрей опустил голову и провёл губами по Ксюшиной шее, спустил с плеча широкую бретельку ночной рубашки, ладонь заскользила вниз по руке, а потом накрыла грудь. Дотронулся, и его словно калёным железом насквозь прожгло. Дыхание стало лихорадочным, руки нетерпеливыми, а когда услышал прерывистый вздох, вырвавшийся у Ксении, чуть в голос не застонал. Она сползла на подушках вниз, и Андрей навис над ней, продолжая ласкать её. Потянулся к губам, чувствуя, как она цепляется за него руками и ногами.
— Я так скучала по тебе… каждый день скучала…
Её ночная рубашка ему мешала. Андрей дёрнул сначала бретельки вниз, потом подол наверх, но мягкая ткань никак не хотела поддаваться на его уловки. А терпение иссякало.
Пальчики Ксении знающе пробежались по его позвоночнику, и Говоров с лёгким стоном выгнулся и взволнованно задышал. Ксения прикоснулась пальцем к его губам.
— Я тебя люблю, — шепнула она и прижалась щекой к его плечу.
На мгновение все плотские мысли его оставили. Зато стало легко, но бросило в жар. Закрыл глаза и прижался лбом к её лбу.
— Я сделаю всё, чтобы ты никогда не пожалела об этом.
А она вдруг рассмеялась.
— Я и так не жалею.
Он открыл глаза и улыбнулся. Потёрся носом о её нос.
— Ты меня прощаешь?
— Прекрати, Андрюш… Это было наше решение, и оно было правильным.
Андрей покачал головой, хотел возразить, но Ксения приподнялась и поцеловала его в губы.
— Ты прекратишь со мной спорить или нет?
Он тихо рассмеялся.
— Прекращаю.
Она крепко обняла его за шею, ему даже больно стало. Прижалась всем телом, а Андрей нетерпеливо дёрнул её ночнушку наверх. Поцеловал, чувствуя, как изнутри поднимается совсем другой жар, который затмевает рассудок, и замер, когда из детской послышался хныкающий голос.
— Мама, я не могу спать, он мне мешает!
Оторвались друг от друга. Ксения пару секунд переводила дыхание, а потом завозилась, выбираясь из-под Андрея. Он откатился в сторону и сел на постели, наблюдая, как Ксения встаёт и торопливо натягивает на плечи бретельки рубашки.
— Мама!
— Иду, милый. Кто тебе мешает? — спросила она, входя в Ванькину комнату.
— Пластарь. Он тянет.
— Пластырь мешает? Давай я посмотрю.
В детской зажёгся свет, а Андрей лёг и прикрылся одеялом.
— Давай его снимем на ночь, — услышал он Ксюшин голос.
— А папа где?
— В комнате.
— Спит?
— Да… Вот так. Так лучше? Не три рукой.
— Лбу холодно.
Ксения рассмеялась.
— Сейчас пройдёт. Ложись.
Через минуту щёлкнул выключатель, и снова стало темно.
— Мама, дверь не закрывай! Я боюсь.
— Хорошо, не буду.
Она вернулась в постель и тут же приложила палец к губам Андрея. Зашептала ему на ухо:
— Молчи. Голос твой услышит, вообще не уснёт.
Говоров кивнул и обхватил её палец губами.
— А папа точно спит? — проявил бдительность Ванька.
Ксения почувствовала, как губы Андрея раздвинулись в улыбке.
— Спит, Ваня, спит. И ты спи. Чтобы я больше ни одного слова от тебя не слышала.
Ребёнок горестно вздохнул, повозился, чему свидетельствовало поскрипывание его кровати, и затих.
Ксения с Андреем несколько минут лежали, боясь пошевелиться, потом Говоров приподнялся и укрыл Ксюшу одеялом. Поцеловал в лоб, как маленькую.
— И ты спи.
Она тоже поёрзала, устраиваясь поудобнее, пристроила голову на его плече, а руку на его груди. Говоров накрыл её ладошку своей и закрыл глаза. Правда, уснуть быстро не надеялся, слишком возбуждён и взбудоражен был. Но уснул на удивление быстро. И на редкость сладко.
Ничего странного, что они проспали. И этого его нисколько не беспокоит, если честно.
Когда Ксения вернулась в комнату, Андрей уже встал и даже постельное бельё аккуратной стопкой