Вроде бы кому, как не мужчине с большим жизненным опытом, знать, откуда берутся дети. Но Андрей Говоров об этом не задумывался. Работа, глобальная занятость, проблемы, нескончаемая череда романов… Дети одним своим видом настораживали, и, не смотря на свои «за тридцать», он был уверен, что не готов стать отцом. Но судьба преподнесла неожиданный сюрприз, и Андрею пришлось на некоторое время взять на себя ответственность за сына своей помощницы. Скромной, незаметной, но которой он был обязан, а долги он привык отдавать. Кто бы мог подумать, что отдавать «долг» будет настолько приятно…
Авторы: Екатерина Риз
А я подумаю о нас троих.
— Андрей…
Он разозлился.
— Ксюша, ты ничего не знаешь о наших со Светой отношениях. И если это и любовь, то от такой любви спасать надо, потому что это страшно.
Он улетел. Собрался за один день, заказал билет, и вчера вечером улетел. Ксения чувствовала странное опустошение, провожая его, а когда за Андреем закрылась дверь, тут же ощутила тоску. Они с Ванькой смотрели в кухонное окно, махали Андрею рукой, и не отошли от окна до тех пор, пока такси не выехало со двора. Ксения нервно сглотнула, а Ванька обнял её одной рукой за шею.
— Папа скоро приедет. Башню посмотрит и вернётся.
— Какую башню? — не сразу поняла Ксения.
— Фелефую. Мама, он же рассказывал!
Она поневоле рассмеялась.
— Эйфелеву, солнце.
— Ну да, — Ванька с умным видом кивнул и взял со стола яблоко. — Почитать тебе сказку?
Ксения присела на табуретку и кивнула.
— Почитай.
Ванька убежал за книжкой, а Ксения приподнялась со стула и снова выглянула в окно, словно Андрей всё ещё мог стоять внизу.
Без Андрея даже спать не хотелось. Уложив сына в положенное время, загрузила стиральную машину и стала ждать звонка. Дождалась только в половине первого ночи. Андрей позвонил уже из отеля, сообщил, что всё у него хорошего, и в очередной раз попросил зря не переживать и не расстраиваться.
— Ваня сказал, что ты поехал башню смотреть, — сказала Ксения, разворачивая разговор в другую сторону.
Андрей рассмеялся.
— Я привезу сувениров, пусть играет. А летом свозим его в Диснейленд.
— Не хочу ничего загадывать.
— Милая…
— Держи себя в руках, — попросила она его ещё раз. — Будь с ней помягче.
— Не то ты мне говоришь, Ксения, — посетовал Говоров.
Она улыбнулась.
— Я тебя люблю. И верю в то, что ты будешь вести себя спокойно и благоразумно.
— Первая часть мне понравилась больше, но… что делать. Я тебя люблю. Даже такой рассудительной. Ванька нормально заснул?
— Да. Мы почитали книжку, и он уснул.
— Про меня спрашивал?
— Андрей!
— Ладно, молчу.
— Возвращайся поскорее.
— Постараюсь. Домой хочу.
Это было даже лучше, чем признания в любви. Он хочет домой, а дом там, где она и её сын. Их сын.
— И не вздумай слёзы лить, — словно уловив её вмиг изменившееся настроение, сказал Андрей. — Ложись спать.
— Я не могу, — всё-таки всхлипнула она. — Я стираю.
Говоров захохотал.
Родители забрали Ваню, Ксения снова выглянула в окно и увидела, как они не спеша (а ведь опаздывали!), идут по двору, держась за руки. Посмотрела на часы. Для звонка Андрея было слишком рано, в Париже совсем раннее утро. А значит, есть время сходить в химчистку, забрать костюм Говорова, который Ванька извозил акварельными красками, а заодно и в магазин забежать. А потом будет звонка ждать. Очень важного звонка.
Остановилась посреди комнаты и оглядела большую стопку белья, которое предстояло сегодня погладить. Пока оглядывалась, попутно наметила ещё несколько неотложных дел.
А ведь папа не далее как пару дней назад хвастался перед Андреем, что его дочь прекрасная хозяйка и утверждал, что Говорову повезло. Андрей, правда, с этим и не спорил. А вот она сама бы поспорила, особенно сейчас.
Нужно исправляться и приниматься за домашнее хозяйство.
Где-то внутри бушевало волнение, но Ксения старательно его в себе прятала, и мысли беспокоящие отгоняла. Это удавалось, и на домашние дела она переключилась с воодушевлением. Почти вприпрыжку добежала до магазина, а потом отправилась в химчистку, которая находилась недалеко от их дома. Тщательно осмотрела пиджак, поблагодарила за хорошую работу и переполняемая важностью и гордостью от происходящего, отправилась домой. Костюм повесила на открытую дверцу шифоньера, аккуратно разгладила ладонью ткань, а потом уткнулась в костюм носом. Конечно, одеколоном Андрея не пахло, а пахло какой-то химией. Правда, не противно.
А прошёл всего час.
Когда Андрей позвонит? Хоть бы голос его услышать. Скучает совершенно неприлично.
Сказать ему об этом или не стоит?
В детской, в клетке зашуршал Пуфик, Ксения сходила на кухню и отрезала ему кусочек яблока. Сунула в клетку и ненадолго задержалась, наблюдая, как хомяк смешно грызёт угощение, придерживая его маленькими лапками.
Повсюду валялись Ванькины игрушки. Тот с утра торопился продемонстрировать всё новое бабушке и дедушке, а на то, чтобы всё собрать обратно в корзину, времени уже не хватило. Ксения подобрала машинки, отнесла их в детскую, мягкого медведя, которого Андрей купил несколько дней назад, усадила на диван и вытащила из-за двери гладильную
