Откуда берутся дети?

брать чужое, понимаешь? Это воровство. А это гадко и за это наказывают. Если чего-то хочешь — надо попросить.
— Я больше не буду, — уже спокойнее сказал Ванька и икнул.
— А убегать от меня будешь? Я чуть с ума не сошёл!
— Не буду…
— Не буду, — передразнил его Андрей и покрепче прижал к себе. Подумал и поцеловал во влажную щёчку. Но всё-таки решил предупредить: — Будешь хулиганить — буду наказывать. Я не мама, — зачем-то добавил он.
Свою тележку они обнаружили там, где Андрей её и оставил, у прилавка с мясной продукцией. Усадил ребёнка на сидение, Ванька даже поспорить не рискнул, и они поехали к кассе. Андрей наблюдал за мальчиком, очень было интересно, как тот поведёт себя дальше, но Ванька продолжал иногда всхлипывать и больше ничего не просил. Даже заговорить не решался. Только когда увидел у кассы свой велосипед, смешно всплеснул руками и приоткрыл рот. Андрей улыбнулся.
— Мы его купим? — шёпотом поинтересовался Ванька, когда Говоров взял его на руки, чтобы опустить на пол.
— Купим. Если ты мне пообещаешь, что больше такого мне устраивать не будешь. В виде исключения — купим.
Выслушав все клятвенные обещания, которые Ванька только знал, Андрей расплатился и они, наконец, вышли из магазина, нагруженные покупками. То есть, это Говоров был нагружен пакетами, а Ванька с важностью катил велосипед.
Всю дорогу до дома, Андрея мучили мысли об ужине. Продуктов-то они накупили много, на любой вкус, как говорится, но их ведь ещё и приготовить как-то надо, а вот с этим проблема. Вздохнул и посмотрел в зеркало на Ваньку. Тот глядел в окно и что-то напевал себе под нос. Андрей расслышал что-то вроде: «У меня есть велосипед, синий велосипед…» и не сдержал улыбки. Потом спросил:
— Ванька, ты пиццу любишь?
Мальчик посмотрел с интересом и всерьёз призадумался.
— Наверное.
Говоров удивился.
— Ты никогда не ел пиццу?
Он покачал головой, а Андрей хмыкнул.
— Кажется, самое время попробовать, — сказал он и свернул к итальянскому ресторану. А сам прикидывал, побьёт его Ксения за такие фокусы или смилостивится?
Правда, ужинать в ресторане Андрей не рискнул. Зал был переполнен, всюду попадались знакомые лица и в итоге, они взяли пиццу, салатов и отправились ужинать домой. Потом Говоров такому решению только порадовался, потому что Ваньке настолько новое кушанье понравилось, что он перевозился в пицце весь с головы до ног.
И снова стал невероятно покладистым. Видимо чувствовал свою вину за произошедшее и не отходил от Андрея ни на шаг. Всячески пытался привлечь его внимание и Андрей к концу вечера здорово утомился — играть, читать, следить за тем, чтобы ребёнок не грохнулся с велосипеда, когда Ванька пытался прокатиться на нём по прихожей… От пиццы его пришлось отмывать и больше получаса они провели в ванной. Оттуда Говоров вышел взмыленный и сырой, словно его прямо в одежде в воду окунули. Посмотрел на часы и вздохнул с облегчением. Время укладывать ребёнка спать.
Перед сном снова позвонили Ксении, причём Ванька постоянно опасливо косился на него, видимо боялся, что Андрей расскажет ей о случае в магазине. Но Говоров промолчал. Знал, что достанется больше ему, чем Ваньке. Ксения, конечно, ругаться и кричать не станет, но выносить её настороженные, недоверчивые взгляды ещё хуже. Вот так и появился у них с Ванькой большой секрет. Для их маленькой компании.
Перед сном включил Ваньке мультики и указал на часы, пояснив через сколько телевизор и свет выключается. Ребёнок безропотно согласился.
— А ты куда? — перепугался Ванька, когда Андрей собрался выйти из комнаты, оставив его одного. — Ты не уйдёшь?
— Ну, куда я уйду? — Андрей присел на его постель и подоткнул ему одеяло. — Я на кухне посижу, поработаю. А ты спи.
Ванька вздохнул и завозился под одеялом. Закрыл глаза и кивнул.
Выйдя из комнаты и тихо прикрыв за собой дверь, Андрей неожиданно почувствовал себя свободным, как ветер. Это ощущение длилось всего пару секунд, но было настолько упоительным, что в голову неожиданно пришла мысль, что возможно ради этого и стоит жить. Вот ради такой секунды, а не самой свободы.
Уселся на кухне, включил ноутбук, отпил из стакана пиво, радуясь одной мысли, что у него появилось немного времени для себя, пощёлкал по клавиатуре, продолжая ощущать удовлетворение, а уже в следующую секунду понял, что ничего не хочет. Ни времени для себя, ни работать, ни развлекаться. Хочет лечь и уснуть. И не просыпаться до самого утра.
Зевнул и почесал затылок.
Странно, конечно, но и польза есть несомненная. Перестал безрезультатно отыскивать смысл в своей жизни. На это теперь просто нет времени. А дел столько, что от усталости