Вроде бы кому, как не мужчине с большим жизненным опытом, знать, откуда берутся дети. Но Андрей Говоров об этом не задумывался. Работа, глобальная занятость, проблемы, нескончаемая череда романов… Дети одним своим видом настораживали, и, не смотря на свои «за тридцать», он был уверен, что не готов стать отцом. Но судьба преподнесла неожиданный сюрприз, и Андрею пришлось на некоторое время взять на себя ответственность за сына своей помощницы. Скромной, незаметной, но которой он был обязан, а долги он привык отдавать. Кто бы мог подумать, что отдавать «долг» будет настолько приятно…
Авторы: Екатерина Риз
— Снимай сапоги.
— А Ксения почему не пришла? — спросил Константин Александрович, когда они оказались в гостиной.
Андрей сел на диван, а сам краем глаза наблюдал за Ванькой, который с любопытством оглядывался.
— Потому что мы не собирались. Она на работе. Ты же хотел срочно поговорить.
Отец улыбнулся, оценив его увёртливость.
Людмила Алексеевна присела рядом с сыном, но тоже постоянно посматривала на Ваню, который ходил по комнате и всё разглядывал, иногда трогал что-то очень осторожно, но тут же руку отдёргивал и опасливо оглядывался на взрослых.
— Мам, мы ваши планы не нарушили, надеюсь? — вполголоса спросил Андрей.
Та посмотрела с недоумением.
— Ты о чём?
— Я просто Ваньку пораньше немного забрал, он просил.
— Не говори ерунды, Андрей, — сдвинул брови Константин Александрович и посмотрел на жену, которая закивала.
— Да, Андрюш… Ты знаешь, что я очень переживаю ваш разрыв со Светой, для нас с папой стал полной неожиданностью…
— На самом деле? — якобы удивился Андрей, а мать в ответ недовольно поджала губы и с нажимом произнесла:
— Да. Чтобы ты не говорил, а все ваши проблемы… они вполне естественны для молодой семьи. Просто когда хотят — их решают, а когда не хотят — разводятся.
Андрей отвернулся, но всего на секунду, чтобы родители не подумали, что он проявляет неуважение к тому, что они говорят.
— Я не хочу, — просто сказал он.
Людмила Алексеевна кивнула.
— Это мы уже поняли. Ты хочешь решать другие проблемы, с этим ничего не поделаешь.
— Ты уже достаточно взрослый, чтобы самому принимать решения.
Андрей благодарно поднял глаза к потолку.
— Какое счастье, это, наконец, свершилось!
Мать улыбнулась и дала ему лёгкий подзатыльник.
— Ты сам виноват, что до таких лет дожил, а это только свершилось, — сказал отец.
Людмила Алексеевна вздохнула.
— Но Свету мне жаль, у неё столько надежд было на ваш брак. Она страдает, Андрей.
— Мама, Света успокоится. И думаю, очень скоро, как только в Париж вернётся. Я ей не нужен. Я серьёзно говорю. У нас с ней полностью противоположные взгляды на жизнь. Когда-то были одинаковые, а потом разошлись. Нам даже говорить не о чем. Мы в последние полгода с трудом находили темы для разговоров, когда оставались одни. Только о работе.
Мать вздохнула.
— Как всё это грустно…
— Мамочка, — Андрей обнял её за плечи и поцеловал в висок. — Грусть — состояние временное.
— А с Кснией у вас как? — спросил Константин Александрович, внимательно присматриваясь к сыну.
— А Ксюшу я люблю. И даже если у нас что-то когда-то бывает не так, мы всё исправим. Вот с ней я хочу исправлять, даже если и из последних сил.
Родители переглянулись, но их взгляды Андрей расценить не успел, потому что Ванька вдруг воскликнул:
— Папа, смотри какая машина!
Говоровы-старшие слегка вздрогнули. Андрей реакцию родителей заметил, но решил сделать вид, что ничего не произошло. Обернулся и посмотрел. Ванька восторженными глазёнками смотрел на модель автомашины начала века. Отцу её подарил какой-то давнишний знакомый, любитель подобных безделушек.
— Вижу, красивая.
— Здоровская машина, — ещё раз сообщил Ванька, и подбежал к Андрею, продолжая оглядываться на машинку. — У меня такой нет.
— А тебе и не надо, с ней играть нельзя.
— Почему?
— Потому что она старинная.
— Старая?
— Старинная.
— Она сломается, если я с ней играть буду?
— Ну, если ты будешь играть, то точно сломается. Твоих игр даже паровоз не выдержал, а он железный был.
Людмила Алексеевна улыбнулась.
— Ванечка, а ты нас помнишь?
Ванька влез к Андрею на колени и задумчиво посмотрел. Потом кивнул.
— Помню. Вы меня пирогами кормили, с ягодками.
Говоров захохотал.
— Пироги ты не забыл, да?
— Ещё на речку ходили!
Андрей пригладил его волосы, растрепавшиеся под шапкой.
— Мам, покорми нас. Он в садике не ел.
Людмила Алексеевна поспешила на кухню, а Андрей через несколько минут и Ваньку к ней отправил, а сам остался наедине с отцом.
— Ну что?
— Что? — разулыбался Андрей.
— Довольным выглядишь.
Говоров слегка пыл поубавил.
— Всё не так плохо, как я ожидал, пап. И вот от этого мне плохо, если честно.
— То есть?
— Да вот думаю, стоило ли… Нужно было ещё тогда решиться, а я не решился. Банально струсил.
— Судить не мне, конечно, — Константин Александрович поднялся и прошёл к бару. — Тебе налить?
— Немножко совсем, мне за руль.
Отец подал ему бокал и повторил:
— Не мне судить,
