Вроде бы кому, как не мужчине с большим жизненным опытом, знать, откуда берутся дети. Но Андрей Говоров об этом не задумывался. Работа, глобальная занятость, проблемы, нескончаемая череда романов… Дети одним своим видом настораживали, и, не смотря на свои «за тридцать», он был уверен, что не готов стать отцом. Но судьба преподнесла неожиданный сюрприз, и Андрею пришлось на некоторое время взять на себя ответственность за сына своей помощницы. Скромной, незаметной, но которой он был обязан, а долги он привык отдавать. Кто бы мог подумать, что отдавать «долг» будет настолько приятно…
Авторы: Екатерина Риз
своей проделке быстро позабыл и тараторил на радостях, как заведённый и весело глядел на взрослых.
— Ты готова? — спросил Андрей, когда они с Ванькой уже в нетерпении топтались у двери. Ксения выглянула из своей комнаты (почему-то она не осмелилась причёсываться и красить губы перед зеркалом в прихожей) и заверила их, что уже почти готова. Говоров вздохнул и посмотрел на мальчика. — Женщины, Ванька, странные существа, — доверительно сообщил он. — Никогда не могут собраться вовремя. Даже твоя мама.
Ребёнок с пониманием покивал, потом сказал:
— Надо взять велосипед.
Андрей фыркнул.
— Велосипедист ты мой… Но велосипед мы брать не будем. Либо карусели, либо велосипед. А то перебор будет.
— Правда, карусели?
— Ну, конечно.
— И на машинках со мной покатаешься? А то со мной только дядя Олег катается, а дедушка с мамой не умеют.
— Покатаемся, — пообещал Андрей. — А кто такой дядя Олег?
— Мой друг, — ответила за сына Ксения, выходя из комнаты. — Мы с детства с ним дружим, он раньше по соседству жил.
— Дядя Олег на самолёте улетел. Далеко!
Говоров с интересом посмотрел.
— Он устроился на работу в немецкую компанию, — пояснила Ксения.
Андрей снова кивнул, но без особого интереса.
Наконец они покинули квартиру. Ксения с Ванькой спускались по лестнице, она держала сына за руку и они осторожно спускались. Андрей шёл следом, закинув сумку на плечо, и наблюдал за ними. Но больше за Ксенией.
Конечно же, он всё заметил — и что платье на ней симпатичное, и что макияж ярче… и более обстоятельнее что ли, волосы по-новому уложены… не хвост и не комель на затылке, к которым он привык, а видно, что она старалась… Хотелось бы думать, что для него.
На самом деле хотелось бы.
Чтобы для него…
А их вчерашний поцелуй заставил его задуматься. После того, как первый шок отпустил, Андрей начал раскладывать всё по полочкам. Не с первого раза всё получилось, но ведь главное стараться. Шок был от осознания того, что он захотел, сильно и до неприличия безумно, поцеловать её. Наблюдал её истерику, прижимал к себе, а она рыдала, у него даже рубашка от её слёз промокла, и её слёзы казались ему чистыми. Ксения плакала без всякого умысла, она ничего не хотела добиться от него этими слезами, как поступали другие женщины. Ей просто необходимо было выплакаться, чтобы облегчить душу и Андрею отчего-то становилось страшно, когда он думал, что у неё есть серьёзные причины для истерики. Остро захотелось её успокоить, утешить… помочь, всё-таки помочь. И когда он её обнимал, понял, что поцеловать её просто необходимо, в первую очередь ему самому. Сжать так, чтобы у неё косточки затрещали, чтобы она почувствовала его силу и успокоилась, и поцеловать…
Но, конечно, он не стал так поступать и поцеловал её мягко, хотя внутри всё клокотало от бешенных эмоций. И ему не было её жалко… Ему в тот момент захотелось оградить её от всех неприятностей…
Наверное, надо было испугаться, хотя бы потом, когда остался наедине со своими мыслями. Но как-то не пугалось, и вины не было. В памяти всплывал только поцелуй и то, как Ксения в этот поцелуй отвечала. С каким-то нежданным отчаянием и тоской. И это невозможно было забыть, скорее наоборот, хотелось повторить.
Андрей сбился с шага и в дверях притормозил, наблюдая за Ксенией.
Правда, правда… хотелось.
Выйдя из подъезда, она обернулась и посмотрела на него, и Говоров вдруг испугался, что она может что-то прочитать по его лицу, угадать его мысли.
— Что-то не так? — спросила Ксения.
Андрей улыбнулся ей.
— Ничего. Ванька, садись в машину. На старт!
— На старт, поехали! — воскликнул мальчик и подёргал ручку дверцы машины.
Устроив его на заднем сидении, Андрей открыл дверцу для Ксении. Она скользнула на сидение, подол платья приподнялся, обнажая её бедро. Ксения вспыхнула и поспешно платье расправила, а Говоров сделал вид, что ничего не заметил. Напряжение, которое возникало между ними, когда они оказывались так близко, казалось можно не только увидеть, но и потрогать. И оба это понимали.
В парке было легче не реагировать друг на друга так остро. Вокруг было много людей, кричали и бегали дети, крутились аттракционы и даже пару клоунов, прохаживающихся по дорожкам и играющих с детьми, Ксения увидела. Украдкой наблюдала за Андреем, как он общался с Ванькой, как они о чём-то шептались, и сын заливисто смеялся и вис у Говорова на шее, млея от счастья. И удивлялась, как Андрею удаётся так легко с Ванькой договариваться. Они всё решали совместно, и её сыну даже в голову не приходило спорить или канючить, как обычно бывало в парке, когда у Ваньки разбегались глаза, и он хотел и туда, и туда,
