Вроде бы кому, как не мужчине с большим жизненным опытом, знать, откуда берутся дети. Но Андрей Говоров об этом не задумывался. Работа, глобальная занятость, проблемы, нескончаемая череда романов… Дети одним своим видом настораживали, и, не смотря на свои «за тридцать», он был уверен, что не готов стать отцом. Но судьба преподнесла неожиданный сюрприз, и Андрею пришлось на некоторое время взять на себя ответственность за сына своей помощницы. Скромной, незаметной, но которой он был обязан, а долги он привык отдавать. Кто бы мог подумать, что отдавать «долг» будет настолько приятно…
Авторы: Екатерина Риз
голос Старкова.
— Ну и чего тебе?
Степнова подняла глаза к потолку.
— Ты моего звонка не ждал?
— Знаешь, теперь каждый твой звонок может меня разорить, так что ты особо не усердствуй.
— Если бы ты знал, как мне приятно это слышать.
Он что-то пробормотал, Ксения так поняла, что отвёл телефон от уха, и она услышала музыку и голоса, преимущественно женские.
— Празднуешь? — с ехидцей поинтересовалась она.
— А ты ревнуешь?
— Брось, Илья.
— Строишь из себя святую… Меня всегда это в тебе бесило. Родитель твой мне сколько про твоё воспитание плёл. И что?
— Что? — Ксения посмотрела на себя в зеркало, пристально всмотрелась в своё лицо, с неудовольствием отметив тревожный взгляд и нахмуренные брови.
— А сама не понимаешь, да? Долго тебя уговаривать не пришлось, когда дело до богатого мужика дошло. Разом все проблемы решил… Вот только знаешь что, милая…
— Илюша, пойдём, брось телефон! — женский голос заставил Старкова замолчать. До слуха Ксении донеслась какая-то возня, пыхтение и как Илья рыкнул на кого-то:
— Иди отсюда! — и вот уже снова вернулся к разговору. — Ты меня слушаешь?
— Имею огромное желание отключиться.
— Ну и отключись. Только ты этого не сделаешь. — Илья презрительно фыркнул. — У тебя же воспитание!.. Вот только не поможет оно тебе. Думаешь, тебе повезло? Затащила в постель миллионера… Только такие как ты заинтересовать надолго не могут, так что сбежит он от тебя… Что делать-то тогда будешь?
— Как же я от тебя устала, Старков. Говори и думай, что хочешь…
— Я и так говорю, что хочу. А ты слушаешь. Спряталась, думаешь за его спину, отсиделась?
— Ты сам всё решил, всё подписал!..
— Конечно, подпишешь, когда тебе руки выворачивают!
— Что ты выдумываешь? Кто тебе руки выворачивал?
— А ты не в курсе?
Ксения замотала головой.
— Я не хочу тебя слушать! Я позвонила, чтобы сказать тебе «прощай»! Вот и прощай, Илья.
— Да, долго тебе пятьдесят штук отрабатывать придётся… Или уже постаралась?
— Заткнись, наконец! — разозлилась она. — Замолчи! И катись к чёрту! И не смей подходить к моему сыну, понял? Узнаю… я сделаю всё, чтобы ты остался у разбитого корыта. Ты меня плохо знаешь, Илья. Запомни это — плохо!
Выключила телефон, со злостью нажала на кнопку и снова посмотрела на своё отражение.
— Успокоилась? Мало тебе!
Но ведь результат есть. Есть, чёрт возьми! По голосу Ильи она это очень хорошо поняла. Он не просто зол, он выходит из себя от собственного бессилия, а значит, Андрей всё сделал правильно. И он не просто решил её проблему, он избавил её от многолетних мучений и мытарств. И за одно это можно любить его…
Вот только о любви думать не стоит. Потому что для любви у неё три дня, а этого очень мало. Ей не хватит…
Просидела в ванной долго. Думала о Старкове, об Андрее и о том, что будет делать через три дня. Как проснётся утром, зная, что не нужно идти на работу и что Андрея увидеть уже не сможет… И что будет говорить сыну. Это было мучительнее всего. Надо будет обмануть Ваньку.
Можно, конечно, успокаивать себя тем, что это ради его же блага, но это всё равно будет ложь.
И с этим придётся как-то жить…
— Вот, смотри сам. — Лена прошлась по банкетному залу, потом остановилась и обвела помещение рукой. Указала на противоположную стену. — Там будет подиум. Тебе нравится?
Говоров сунул руки в карманы брюк, огляделся и кивнул.
— Нравится.
Сазонова нахмурилась.
— А почему так кисло? Я старалась, между прочим. Если бы ты знал, чего мне стоило забронировать этот зал!..
— Лен, а другие твои клиенты как реагируют? Радостным и возбуждённым повизгиванием?
Она сморщила носик.
— Фу, Говоров, какой же ты всё-таки гадкий!
— Ну, ладно, ладно, — вздохнул Андрей. — Всё супер! И отель, и сам зал. А ты вообще — само совершенство.
Лена усмехнулась.
— Какая откровенная лесть. Но приятно.
Она снова прошлась по залу, что-то долго разглядывала на потолке, а Андрей подошёл к высокому, задёрнутому шторами, окну. Отдёрнул занавеску и выглянул. Вид совсем не впечатлял. Окна банкетного зала выходили во двор, совсем не живописный. Говоров пару минут наблюдал за тем, как внизу разгружают машину с продуктами, вытаскивают ящики, а затем резко обернулся и посмотрел на Елену.
— Я должен её отпустить?
Сазонова глянула на него через плечо и слабо улыбнулась.
— Ты совет спрашиваешь или моё решение?
— Вы ведь подруги… она наверняка тебе что-то рассказывала. Вот и скажи мне, должен?
— А
