Отмороженный 2.0

кристаллики града. Заехал на поляну и встал под небольшим утесом, который выполнял роль своеобразной крыши. Если верить системе, то буря прошла мимо. Нас задели остатки. Я дождался момента, когда с неба перестало сыпать, выпустил крабика и велел ему охранять периметр. А мы с «Угольком» пока сгоняем, пристреляем снайперку и синхронизируем оптику.

Обнаружено новое оборудование. Совместимость моделей 82%. Желаете установить и синхронизировать c блоком управления?

Какой-то внешней установки не произошло. Но появился бледный (пока неактивный) значок какого-то навыка и пошла синхронизация с оптикой.

Получилось необычно — по сути, я мог в прицел даже не смотреть, он дублировался у меня перед глазами. Мигая всевозможными датчиками и показателями расстояния, силы ветра, плотности воздуха и процента на успешный выстрел. А когда к связке: шлем — прицел подключился и «Уголек», картинка так вообще стала трехмерной и позволяла целиться и захватывать цели даже сквозь небольшие препятствия (ледяные корки и насыпи).

Впереди как раз расстилались какие-то снежные джунгли. В роли деревьев, правда, выступали ледяные колонны, а в роли травы и кустарников — покрытые инеем причудливой формы конструкции. Короче, какая-то криотрава.

Долго ждать не пришлось, практически сразу на сканере появилась оранжевая точка, настолько жирная, что она вползла на экран, заняв чуть ли не двадцать процентов карты. И медленно, но верно двигалась навстречу машине.

Я взял Берсерка, закинул на плечи рюкзак и вышел за скальные ограждения. Нашел ровную площадку и несмотря на всю автоматику и легкость, с которой тяжелая винтовка легла в руки Ориджа, лег на землю. Расставил сошки и приник к прицелу, отключив дубль на экране.

— Ведь так не бывает на свете… — пропел я себе под нос. — А здесь бывает!

На меня двигался самый настоящий мамонт. Может, они у нас не вымерли, а просто сюда переехали? Каждый шаг огромных лап поднимал с земли столбы снежной пыли, которая не успевала оседать. И снова поднималась от нового шага. Получалось, что он шел в нежной дымке из ледяной пыли.

Монументальное тело существа было покрыто толстым слоем белой шерсти. Она переливалась нежными оттенками бело-голубого на теле и темно-синим на лапах-башнях.

Огромные, загнутые бивни, которые не поместились бы на бампер «шишиги», скорее «шишига» бы на них этаким брелоком болталась.

Глаза с выразительными черными зрачками спокойно смотрели по сторонам из-под тяжелых век. Животное взглянуло на «шишигу», которая доставала ей, наверное, до того места на лапе, где кончались когти. Толстый хобот раскачивался из стороны в сторону, что-то вынюхивая в воздухе.

Датчики в прицеле замигали и, «разбив» силуэт мамонта на составляющие, начали подсказывать мне слабые зоны. Ценного в мамонте было много. Бивни-то точно можно было бы затолкнуть тысяч за пять кредитов, плюс шерсть, плюс внутренности.

Но я смахнул все подсказки с экрана, активировал маскировку, чтобы не спугнуть, и стал просто смотреть. Блин, да я в детстве таких видел в Дарвиновском музее. Поменьше они там, правда, но что тогда я стоял разинув рот, что сейчас.

И не хотел его убивать. Даже не потому что трофеи увезти не смогу. Животное было настолько красивым и величественным, что я залюбовался его плавными мощными движениями. А потом и вовсе на сканере из-за большой точки появилась маленькая, а между ног у зверя выскочил малыш. Ну как малыш — на метр в холке выше «шишиги».

Животное среагировало на мамонтенка и подняло хобот вверх. Что-то протрубило, а потом ласково сдвинуло мамонтенка в сторону, задавая направление. Мамонты сделали несколько шагов вперед, двигаясь на меня, а потом свернули в сторону, кроша тяжелыми лапами ледяные растения и превращая их в мелкие обломки.

Я полюбовался ими еще немного, наблюдая за тем, как они все дальше уходили от меня, протаптывая себе новый путь. И тут вдруг мамонт снова задрал хобот и затрубил — нервно, агрессивно, но испуганно. Со стороны соседнего холма вылетело несколько ярких зеленых росчерков и полетели в мамонта. Несколько пятен ушли в сторону, ломая лед и оставляя