В 2137 году учёные нашли портал в иное измерение. Замороженный мир, новые технологии, безграничные ресурсы. А ещё там нашли меня — пропавшего без вести в далёком 2023-м спасателя МЧС.Теперь я должен кучу денег за разморозку. А еще надо спасти мир от монстров, разобраться с найденным артефактом — наследием чужой цивилизации, и доесть моментально замерзающий «дошик».Кажется, с «дошиком» будет труднее всего!
Авторы: Евгений Гарцевич
не вспомнил. Пощелкал ряды, меняя символы местами. Кубик-рубика какой-то… Шесть рядов с символами, в каждом ряду тридцать штук. Стало грустно, но интересно!
И следующие несколько минут, пока Лэйн с кем-то разговаривал по коммуникатору, я хмурился, тер глаза и снова хмурился, но подобрать так ничего и не смог.
Ладно! Попробую по старинке. Потру лампу Алладина, и все само собой откроется… Сезам, откройся! Нет? Алохомора! Опять нет?
Я закрыл глаза, сосредоточился, попытался поговорить со своим внутренним я. В общем, проделал все то, что нужно делать перед каким-нибудь энергетическим усилием. Ни фига. Ни тебе синего всполоха в голове, ни теплой волны энергии в руках. Даже ни одного символа на внутреннем экране не промелькнуло.
«Цилиндр» остался закрытым.
Я пожал плечами и протянул его обратно Лэйну.
— Не получается. Я этим, видимо, не управляю. Если только все комбинации перебрать.
Однако он не взял, отступил на шаг и слегка улыбнулся.
— Почти двенадцать миллионов комбинаций. Но не торопись, я тоже не сразу со всем справился, — произнес он, посмотрев на экран планшета. — Мне пора возвращаться. Мэр Вавилона уже рвет и мечет. Да и тебе пора покинуть мой кабинет. Поступим следующим образом — возьми его с собой и попробуй открыть. Если сможешь, значит, я все-таки ошибся в тебе три года назад и у меня для тебя будет очень выгодное предложение.
— А если не смогу? Или сломаю-потеряю?
— Сломать — это вряд ли, если потеряешь, то моя коллекция древностей уменьшится, а ты никогда не узнаешь код от своего браслета, — Лэйн кивнул на мою руку, на браслет, который мне выдали на входе, а я только сейчас заметил, что он изменил цвет. Полоска теперь стала бледно-красной.
— Это что еще такое?
— Без обид, Алексей, но это твоя проверка и мои гарантии. Я пока тебя не знаю, а я привык все контролировать. Как ты понимаешь, никто, — Лэйн обвел руками большой радиус над головой, — никто не должен знать, о том, что произошло в этой комнате.
— Как вы узнаете, что я справился? — что-то Колян Тропинкин, тьфу, Дорожкин резко перестал мне нравиться.
— Об этом не переживай, как только ты снимешь браслет, я с тобой свяжусь, — он постучал по планшету, что-то там высматривая. — Тебя уже ждут твои друзья, они на крыше возле голубого бара. Я тебя не тороплю, но время лучше зря не терять. Буду ждать от тебя хороших новостей.
На этих словах он развернулся и вышел из комнаты, оставив дверь открытой.
Про время прозвучало двусмысленно. Как и весь этот отмороженный дед. Ладно, посмотрим еще кто кого.
В двери показался охранник и довольно вежливо покашлял, призывая меня на выход. Я бросил последний взгляд на кабинет, запоминая откуда вылезли робопсы и турели, кто знает, при каких обстоятельствах я сюда в следующий раз наведаюсь. Потом едва заметно кивнул ассасину и пошел с охранником на выход. Меня повели другим путем, вывели не в галерею, а к запасному лифту, который сразу же повез меня на крышу.
— Ты совсем что ли отморозился, Бро? — радостно заголосил Боб, которого я нашел именно там, где сказал Лэйн. — Где тебя носит? Зеленая шипучка отпад! Ну, и красная тоже, — Роберт покосился на Анну, разговаривающую с каким-то седым профессором.
Я не успел ничего ответить, здесь тоже была сцена, на которую как раз вышли два человека. Лэйн и Питерсон — недавно избранный глава администрации Вавилона, которого все называли просто мэр.
Прозвучала торжественная речь про вызовы, которые бросает нам Мерзлота. Про планы, задачи, сплоченный дух всех жителей Четвертого полюса и неоценимую помощь компании «Майтен»…бла, бла, бла…
Я не слушал. Взял в руки холодный бокал с зеленой шипучкой, покосился на браслет и поднял тост, тихонько проговорив его себе под нос.
— Эх, Дорожкин, ты не три года назад ошибся, ты сейчас ошибся… Вызов принят!
Глава 7
Я открыл глаза и поерзал на подушке, устраиваясь поудобнее. Слишком рано, чтобы подрываться с постели и начинать новый день. Повернулся на другой бок, стараясь снова провалиться в сон, но рука как-то слишком свободно растеклась по белоснежной простыне. На «сорок второй» не было ни лишних сантиметров, ни белых простыней. Там полосатые, как в поездах моей юности, и пахли, к слову, точно
