В 2137 году учёные нашли портал в иное измерение. Замороженный мир, новые технологии, безграничные ресурсы. А ещё там нашли меня — пропавшего без вести в далёком 2023-м спасателя МЧС.Теперь я должен кучу денег за разморозку. А еще надо спасти мир от монстров, разобраться с найденным артефактом — наследием чужой цивилизации, и доесть моментально замерзающий «дошик».Кажется, с «дошиком» будет труднее всего!
Авторы: Евгений Гарцевич
для крыш транспортников. На «китайце» были готовые карабины, а с «шишигой» пришлось повозиться.
Но вскоре на небольшой заледенелой площадке появился небольшой, но довольно крепкий закуток с крышей над головой.
Два сборных стола заняли свое место вдоль машин и несколько боксов с образцами усилили стенку с пленкой. Один стол полностью заняло привезенное оборудование (я даже напрягся, думая, что ножки не выдержат) — микроскоп (больше похожий на микроволновку — никаких окуляров, только большой сенсорный экран), контейнеры с пробирками, похожие на центрифуги и куча разноцветных реактивов. Несколько боксов с инструментами и под столом усилитель связи для «Стрекозы». Клон — не Оридж, управлять им через энергию Мерзлоты нельзя.
На краю стола Сюин разместила портативный компьютер. Не хватало еще 3D-цветка и кристалла, и можно приступать к работе. И еще бы термос, гитару и обычный костер — но это во мне какие-то позывы из прошлого говорили.
— Ты сюда решила совсем переехать? — спросил я, затаскивая в шатер последний бокс с манипуляторами.
— А ты все ждешь, что я куда-нибудь перееду? — весело спросила Сюин.
— Нет, что ты. Просто за тебя волнуюсь. Стрекоза-то никак не защищена от заразы, а судя по количеству трупов на квадратный метр, она тут повсюду.
— Я ее обработала специальным раствором, который мне прислали. Его только создали, до конца не исследовали. Вроде бы он препятствует заражению, создает некий защитный барьер между вирусом и поверхностью…
Дальше Сюин углубилась в состав и в принцип действия китайской разработки. Звучало все красиво, а вот как на практике?
— Но пока данных об эффективности недостаточно, по идее, что-то около восьмидесяти процентов.
Понятно. Так себе на практике. Не мои любимые три процента, конечно. Но все равно без гарантии. Будем надеяться, что «Стрекоза» в эти двадцать процентов не войдет.
Над моей головой раздался недовольный писк. Уже вернулся? Что-то не вижу проекции. «Уголек» показал мне изображение, которое ему удалось сделать. Он приблизился к кратеру километров на десять. А дальше, как будто что-то не пускало, но что конкретно — видно не было. То ли невидимая стена, то ли какое-то защитное поле.
Ага, понятно, надо идти самому.
Меж тем жизнь в походной лаборатории забила ключом. Если, конечно, такое выражение было вообще применимо к той картинке, которая разворачивалась у меня за спиной.
Сюин вооружилась манипулятором и извлекла из бокса небольшой осколок краулера. Даже простым взглядом мне было видно, что на нем нет живого места. Вся поверхность камня была изъедена красными жилами.
Китаянка положила часть образца, который слоился и буквально распадался на мелкие кусочки, в микроскоп, расставила в ряд несколько пробирок и, ловко орудуя пинцетом, начала раскладывать по ним материал. Я увидел, как жидкость в последней колбочке окрасилась в черный цвет.
— Что это значит? — спросил я Сюин, завороженно наблюдая за почти ювелирными движениями «стрекозы».
— Значит, что очень много токсинов. Как бы тебе попроще объяснить?
Я уже приготовился к лекции по химии на полтора часа.
— В общем, скорее всего, эту штуку создали искусственно. В естественной среде вещества так бы не взаимодействовали. По крайней мере, те, что уже известны науке. Причем создали с помощью…
Дальше следовало название какого-то способа создания вирусов. Одного из самых древних и почти не знакомых современной науке. Понятно. Сюин решила мой мозг информацией не обременять. Списала со счетов как ученого. Но подождите, я еще научный грант скоро получу, а, может, и свою исследовательскую станцию открою. Как я понял, в этом мире все возможно.
— Хотя эта проба не доказательство. Возможно, все же частицы вируса соединились в такой его вид и при каком-то аномальном воздействии Мерзлоты.
Мой мозг почему-то зацепился за первую версию. Если допустить, что вирус создан искусственно, то кто его создал? И как нам до этого кого-то добраться?
— А почему они умерли, а те другие спокойно добрались до людей понятно уже?
— Сейчас получу первые данные и сравним с теми, что есть в институте, — совсем по-человечески пожала плечами «стрекоза». — Может, они здесь дольше лежат просто, а, может, какие-то отличия в ДНК. Скоро узнаем.
— Ладно. Я пойду к кратеру. Осмотрюсь заодно.
Сюин уже мне не ответила. Она увлеченно наговаривала что-то умное в микрофон, поглядывая на экран с какой-то таблицей, которая заполнялась
