неохотно готовилась к атаке. Что вызвало презрительную ухмылку у Горна, — который успел вбежать на смотровую площадку, пока эти варвары тянули с началом боя: даже успел немного замерзнуть, ожидая развития назревающих событий. Но и в лагере шведов, не всё было в порядке. Солдаты суетились — у них никак не получалось построиться в боевые порядки. Тоже происходило с конницей, пьяные кавалеристы беспорядочно суетились и некоторые из них настолько налакались, что даже падали с лошадей.
— Эти болваны что, упились и неспособны управлять своими подчинёнными?! — Возмутился Рудольф: слабая оптика его подзорной трубы не позволяла различать многих деталей, — поэтому, он строил одни лишь догадки о том, что на самом деле происходило в лагере.
Наперекор всем ожиданиям коменданта, перед атакой русских, не выстрелила ни одна пушка не у оккупантов, ни у подданных короля. Тяжёлые серые небеса, бесстрастно наблюдали за безумной драмой, разыгрывающейся на небольшом участке заснеженной земли. Ещё неуверенно начал срываться мелкий снег, который мог спокойно перерасти в мощный снегопад. Но, несмотря на это, московиты начали бой, вот они уже со свистом и улюлюканьем понеслись на лагерь шведов: в котором даже в этот момент не было никакого порядка. Передние шеренги оборонявшихся дрогнули от вида несущейся на них конницы и, попятившись, сломали последнее подобие строя (каре). Вражеская кавалерия вихрем влетела в лагерь и, не встретив достойного сопротивления, устроила там натуральную бойню. Замелькали сабли — обрезая нити человеческих жизней: вздымались на дыбы кони — нанося страшные удары копытами. Животные, как и их седоки, впали в неистовство боя — кусая и рвя зубами собратьев, несущих вражеских воинов. Горну показалось, что невдалеке — за приделами лагеря соотечественников, из снега поднялась человеческая фигура во всём белом, пробежав несколько метров, она снова исчезла в снегу. Тут же рядом кто-то испуганно прошептал:
— Матерь божья, опять эти белые демоны …
— Донести до всех! Любого кто будет распространять слухи о том, что произошло под нашими стенами сегодняшним утром — повешу! — Зло проговорил комендант, не поворачиваясь.
Когда бойня, развернувшаяся под стенами Нарвы, завершилась: комендант продолжал стоять неподвижно — как изваяние. Сжав зубы, Рудольф наблюдал за «картиной», от которой у него горестно заныло сердце — бой окончился, и Русские нагло хозяйничали там, где ещё недавно были позиции подданных Карла XI. Они деловито осматривали пушки, подбирали валяющееся рядом с погибшими оружие, — в общем, нагло собирали трофеи. Как это ни печально, но война, есть война: кто-то побеждает, кто-то проигрывает и победителю достаётся всё — такова жизнь. Но Нарва ещё стояла непокорённой — поэтому комендант считал, что проиграно только одно из первых сражений: и рано кому то ни было отдавать лавры победителя. — «Пусть радуются, пока могут. А время покажет — кто из нас достоин Ники»… Размышления коменданта были прерваны неприятным холодком прошедшим волной в его груди. Он снова увидел мешковатые белые фигуры: причём это уже не был одинокий силуэт — здесь была именно группа московитов одетых во всё белое. Они быстро скользили по снегу, удаляясь от недавнего места сражения. И насколько позволяла рассмотреть оптика его подзорной трубы: лица у этих колдунов были неестественно белыми: если не считать чётко выделяющихся глаз и рта.
— Так может быть они и правда виновны в том, что происходило на поле боя. И именно они наслали на воинов морок. Как иначе объяснить то, что хорошо вымуштрованная армия во время сражения вела себя как неотёсанный сброд. — Тихо прошептал себе под нос Хеннинг Рудольф: сопровождая взглядом тех, кого горожане прозвали «белыми демонами».
Русские в свою очередь, больше не предпринимали никаких активных боевых действий — занимаясь перевозом к себе всего, что они захватили. Немногочисленные пленные, понукаемые варварами, копали братские могилы: в которые они же укладывали всех погибших воинов. Поближе к полудню прибыл запыхавшийся гонец из Ивангорода.
— Господин генерал– майор, разрешите доложить! — Рапортовал Молодой белокурый посыльный, когда немного отдышался. — Сегодня обнаружили, что Московиты делают пару подкопов под наши крепостные стены! …
— Что вы мне докладываете?! — Возмутился комендант: который после утренней битвы, был и без того в скверном настроении. — Делайте контр подкоп и уничтожьте вражеских сапёров — пока они вам стены не обрушили! Что сами не можете до этого догадаться?!
Солдат немного стушевался и испугано попятился назад — на пару шагов. Но затем продолжил:
— Ещё велено передать,
