на то, что беда миновала — таяли как маленькое облако в ясном небе. Марта машинально улыбалась, отвечала на вопросы, но в голове как колокол звучала только одно — «Почему? Почему? Почему? За что!?»
Весь оставшийся день прошёл под прессом тягостных дум о том, что может произойти с семьёй в ближайшем будущем. Когда стало темнеть, в гости пришла соседка с мужем. Пожилая пара видела, что в дом Бергов постоянно захаживают солдаты московитов, а перед этим — поутру, другие разбойники ломали двери. Поэтому, старую чету Палёных (Русские дворяне, оставшиеся в Прибалтике после её оккупации Шведами) долго мучало любопытство по поводу судьбы вдовушки, живущей в том доме. В итоге, любопытство взяло верх над благоразумием и, подбадривая друг друга, супруги отважились пойти в гости к вдове Берг. Надо было видеть, как старички прослезились от радости — увидев молодую соседку в полном здравии. Они подслеповато щурились, осматривая зал прихожей — ища следы погрома: и недоверчиво кивали, выслушивая рассказ соседки о том, как её спасли достопочтимые господа — которые ныне остановились у неё на постой.
— Соседушка, уж больно они у вас цивилизованными получаются. — Немного скрипучим голосом возразил старый Петер: снисходительно улыбнувшись. — Вы сильно идеализируете Петровых подданных.
— Но я рассказываю только то, что видела своими глазами. — Сказала, оправдываясь, вдова. — Я не утверждаю, что они идеальны. Но эти московиты, на удивление, ведут себя вполне корректно и воспитанно.
— Да-а-а, вот такие же, воспитанные московиты убили Оке Форсберга и надругались над его дочерью — Биргитой. Бедная девочка пережила такой ужас, что в её состоянии, не мудрено тронуться и рассудком. Никто не знает: отойдёт ли она от пережитого ужаса.
— Рассказывают, что такое происходит по всей Нарве. — Не удержалась от добавлений Анн-Мари, сотрясая в воздухе своим суховатым, костлявым пальцем. — Даже царь московский, и тот не смог смотреть на злодеяния, чинимые его солдатами. Сказывают, что он самолично вышел на улицы — остановить эти беззакония. Но его на весь город не хватит — невозможно везде уследить за соблюдением порядка.
— И ещё говорят, что убивают больше всего Шведов: ни Карелам, ни бывшим соотечественникам, ни представителям других народов, они большого урона не наносят. — Дополнил рассказ своей жены пожилой сосед.
— Так что соседушка, послушайте наш совет, — коли твоим гостям что-то в доме понравится: то отдавай им сама. Иначе разлютуются и никого не пощадят…
От этих слов у Марты стыла в жилах кровь и от безысходности спирало дыхание. И чувство безысходности и обречённости с уходом соседей только усиливалось. — «Лучше бы эти старые маразматики вообще не приходили». — Шептала сама себе молодая женщина, заперев дверь в своей комнате. Она, как и утром, ходила по комнате, вздрагивала от каждого звука в доме. Когда её позвали к ужину, вдова отказалась спускаться в столовую — сославшись на плохое самочувствие, усталость и отсутствие у неё аппетита. Позднее она запустила в комнату служанок, которые подготовили её постель ко сну. Сама же, в это время сходила к дочери и велела Эмме на эту ночь как следует запереть дверь и никому её не открывать.
Вновь оказавшись в своей спальне, Марта решила лечь спать, не раздеваясь: и долго мучилась от бессонницы — виной которой были толи тяжкие мысли, толи неудобное для сна платье. На улице было тихо — как будто и не было этой страшной войны, подрагивали тени, откидываемые светим свечи, а усталое сознание рисовало страшные картинки из рассказанных соседями историй. Намучавшись, вдова покинула постель, ставшую такой неуютной и неудобной. Снова прошлась по комнате и, выпив бокал воды стоявшей на столе, ненадолго замерла на месте, бесцельно рассматривая пляшущее пламя свечи. Встряхнув головой, чтобы прогнать возникшее оцепенение, молодая женщина решительно направилась к двери и отперев её, вернулась к изголовью своей кровати. Здесь висела лента — ведущая к колокольчику, — расположенному в соседней комнате для прислуги: вот за неё женщина и дёрнула дважды. За тонкой стеной отозвался колокольчик и вскоре в коридоре послышались спешные шаги — дверь приоткрылась и в неё заглянула Фрида. Светловолосая девушка выглядела сильно испуганной и явно тоже не сомкнула глаз: окинула взглядом всю спальню, и только убедившись, что в комнате кроме хозяйки никого нет, тихо поинтересовалась:
— Звали, госпожа Марта?
— Да, помоги переодеться. — Ответила хозяйка своей прислуге и повернулась к ней спиной.
Девушка в свою очередь, обратилась к кому-то стоящему в коридоре. — «Всё в порядке, идите спать». — После чего вошла в хозяйские
