без ушей останешься.
— Как это? — Удивился тот. — Я ничего такого не чувствую.
— Поэтому я вам всё время и объяснял, что следите друг за другом. Давай становись: буду спасать твои уши, а затем пойдём к бойцам и озадачим их….
С каждым разом бойцы разбивали лагерь всё быстрее и быстрее. Всё меньше делая ненужной работы. Поэтому до наступления темноты, успели даже поужинать, разогрев консервы на свечах. И погасить их, ещё до наступления сумерек. Гаврилов, как обычно уже собирался, обойти перед отбоем весь лагерь. Когда к нему явился Кокоря, который в этот момент должен дежурить с Мелесом на опорном пункте. Просто оставить пост он не мог, значит, там произошло что-то важное.
— Степан, ты чего здесь делаешь? — Поинтересовался Витальевич, у низкорослого, но коренастого юноши. Который залез в его иглу и тщетно пытался хоть что-то в нём рассмотреть.
— Так меня за тобой Иван послал.
— Зачем?
— Так немного северо-западнее появились огни. Скорее всего, там кто-то стал на ночную стоянку. — Он говорил, так и не видя собеседника из-за темноты (с наступлением сумерек, свечи не зажигали), ориентируясь только по голосу.
— Отлично, иду. Давай, скорее, освобождай дорогу — ты перекрыл мне выход. Заодно позови Тимофея и Кондрата. Надо посмотреть на ваши огоньки, а потом решим, что с ними делать.
Кокоря, как будто только и ждал этого приказа: с невероятной для его телосложения проворностью, он развернулся и прошмыгнул в лаз.
Вот командир, смотри. — Указал Мелес направление, где заметил огни. Хотя мог этого и не делать. Свет от костров, был и без его подсказки хорошо заметен. — Огни появились, уже после того как стемнело.
— Вижу, а что ты сам по этому поводу думаешь?
— Предполагаю, что это те, кого должны были встретить конные воины. И это их последняя ночёвка перед встречей с сипахами.
— Может быть, всё может быть. — О чем-то задумавшись, проговорил Юрий. — Жалко, что в темноте не сориентируешься, как далеко горят огоньки.
В последней фразе, он несколько слукавил. Симбионт позволял ему детально разглядеть местность. И по приблизительным прикидкам, до той стоянки было часа два, максимум три ходьбы на лыжах. Но уж очень ему не хотелось выделяться на общем фоне.
— Тимофей, а что, ты, думаешь по этому поводу?
— Юра, я думаю что надо стать на лыжи и постараться прощупать тех, кто заночевал у того костра. В ночи этим заняться будет сподручнее. Можно «снять» ножами охрану, а с остальными как получится. Да и полусонные враги, не сразу смогут организовать против нас должного сопротивления. А это, нам только на руку играет.
— Надо же, как быстро меняются люди. — Отрешённо от темы разговора подумал Юрий. — Ещё не так давно — в момент наших первых встреч, Тима меня иначе как барин, не называл. А нынче, частенько обращается просто по имени. Оно и к лучшему, только потом, наедине, надо с ним поговорить, что так фамильярничать можно только в узком кругу.
— Ну что же Тимофей, резон в твоих словах есть и притом не малый. — Гаврилов выдержал небольшую паузу и продолжил. — А знаешь… мы, так и поступим. Оставим четырёх человек здесь, для охраны нашего имущества. Остальным, через час подъём и идём в «гости». Как говорится — «заглянем к нашим соседям на огонёк».
— Юрий Витальевич, я на охране не останусь. — Авансом возмутился Марьин.
— И не надейся, — с улыбкой ответил Юра, — ты у меня сегодня на острие атаки будешь. На тебе сегодня особое задание будет, на ножи охрану вражеского лагеря возьмёшь….
Через час с четвертью, все бойцы, участвующие в ночном рейде уже стояли полностью экипированными и готовыми к выходу. И слушали последние наставления, несмотря на то, что по лицам некоторых можно было понять недовольство от того, что этой ночью им уже поспать не удастся. Но открыто этого, никто не демонстрировал.
— Ну что бойцы, задача ясна? — Поинтересовался Юрий у стоящих перед ним воинов.
— Так точно. — Негромко, но слаженно ответили они.
— Тогда с богом братцы, выдвигаемся. Да поможет нам бог.
Ночь выдалась тихая, безоблачная и звёзды неплохо подсвечивали путь. Правда местность, по которой шла группа, была немного неровной — холмистой, мало пересечённой. И это в свою очередь, немного затрудняло продвижение. Как Юрий и предполагал, ночную стоянку неизвестных настигли, часа через три. В ближайшем небольшом овраге было решено сделать временные крытые убежища. А сам Гаврилов, взяв с собой Евпатия (Пугач) и Тимофея: тем временем пошёл к стану, чтобы разведать, что там к чему. Лесть туда, не узнав, что к чему, было, по меньшей мере, глупо.
Когда
