Совать нос не в свои дела, ввязываясь в криминальные разборки — вот любимое занятие неугомонной Женьки! Не отступает она от своих правил и на отдыхе в Крыму. Правда, заботливый муж приставил к Женьке ее двоюродную сестрицу Дусю, чтобы культурный отдых не превратился в одно сплошное расследование. Но и это не помогло!
Авторы: Раевская Фаина
легко!
— Ева, — обратился улыбчивый кореец к Дуське, — машина скоро будет, столик заказан. А я вот зашел за багажом своим. Оставлял в санатории под присмотром администратора, пока жилье не найду. Вы готовы, девочки?
Дуська расцвела, как майская роза, на которую наконец-то прилетела пчелка для опыления.
— Нам нужно еще полчасика! — сладким голосом пропела она. — Женька, за мной!
Я нехотя поднялась с лавки и, провожаемая насмешливым взглядом Чена, поплелась за сестрой.
«Смейся, смейся, морда нерусская! Я тоже еще посмеюсь!» — я украдкой показала язык корейцу.
Вернулся Олег, таща за собой на поводке упирающуюся Зайку. Фотографу прогулка, видимо, пошла на пользу, он заметно оживился и вроде даже повеселел. А вот собачка наоборот: она беспокойно вертела головой и жалобно поскуливала.
— Ты почто животину тиранишь? — грозно спросила я у фотографа.
— С чего бы мне ее тиранить? Ей-богу, если бы мы были в Грозном, я бы подумал, что здесь где-нибудь есть взрывчатка или, на худой конец, оружие! Может, она сожрала что-нибудь? — Олег недоуменно пожал плечами.
— Автомат Калашникова, например, — хрюкнула Евдокия и выгнала Олега из комнаты под предлогом переодевания.
Я тоже вышла, направляясь в душ. На пороге сидел Олег и курил.
— Э-э… ммм… — я нагнулась к нему, — кажется, ты был прав насчет Чена.
Олег поднял на меня изумленный взгляд, но промолчал.
— Ладно, — махнула я рукой, — потом разберемся.
Когда я вернулась из душа с тюрбаном из полотенца на голове, Дуська уже облачилась в легкий брючный костюм бежевого цвета, который шел ей необычайно, наложила макияж и теперь крутилась перед небольшим зеркальцем, стараясь уместить себя в нем целиком. Зряшная затея! Видя страдания сестры, я посоветовала:
— Ты сходи к соседу, у него есть зеркало на дверце шкафа во весь рост. Чего тебе мучиться?
— Да ладно, и так сойдет! — Евдокия перевела взгляд на меня. — Ты еще не готова?
Я заметалась по комнате, собираясь на званый ужин. Нужно заметить, что, в отличие от сестры, я ехала на юг отдыхать, а не демонстрировать наряды. Поэтому никаких вечерних туалетов в моем гардеробе не было. Покопавшись в вещах, я остановила свой выбор на длинном легком сарафанчике глубокого жемчужно-серого цвета. Косметикой я не пользуюсь, украшений не люблю, поэтому через минуту была уже готова. Дуська окинула скептическим взглядом мой прикид, но промолчала. В дверь постучали.
— Вы готовы? — раздался из-за двери голос Олега. — Кавалер ждет. Нарядился, как на именины.
Мы с Евдокией гордо выплыли из комнаты. При виде Дуськи Олег пошатнулся и, мне показалось, с трудом удержался от восхищенного возгласа. Спасло его лишь то, что следом за сестрой семенила я, и возглас восхищения застрял где-то в области гортани. Фотограф закашлялся и сквозь кашель выдавил:
— Я сейчас, только переоденусь! Подождите на улице.
— Дуська, ты произвела на него впечатление! — Я решила сделать сестре комплимент, чтобы добавить уверенности в себе.
Евдокия многозначительно подмигнула, мол, то ли еще будет! Вышел Олег, и мы дружно прошагали к машине. Возле белого лимузина, похожего на небольшой корабль, прохаживался Чен. При виде него у меня возникла мысль о приеме у какого-нибудь миллионера. Белый клубный пиджак с золотой окантовкой на рукавах и такие же идеально белые брюки наводили на мысль о молодом яхтсмене. Это впечатление усиливала и фуражка цвета свежевыпавшего снега, украшенная золотой кокардой на черном околыше. Завершали костюм черные лаковые ботинки. Чен галантно подал руку сначала Дуське, удостоившей его величественным кивком, а потом и мне. Олег загрузился в машину самостоятельно. Дядя Саша, возвращавшийся откуда-то в приподнятом настроении, стал невольным свидетелем этой сцены. Его небольшие глазки расширились до пределов, отпущенных природой, рука взметнулась в приветственном салюте, а нижняя челюсть, напротив, опустилась почти на грудь и никакими усилиями Петровича не могла быть возвращена на место.
— Можно ехать, — сказал Чен водителю, одетому, как и положено, в черную форму.
— Стойте! — завопила я. — Я кое-что забыла! А без этого я никуда ехать не могу. Вы подождите, я буквально через минуту вернусь!
— Тебя проводить? — поинтересовался кореец.
— Спасибо, не стоит. — Я обворожительно улыбнулась. — Извини за задержку, но, сам понимаешь, женщины…
Чен понимающе кивнул, и я не слишком грациозно вывалилась из машины. Петрович, сумевший к тому времени справиться с потрясением, вернул челюсть на место и вполне членораздельно произнес:
— Женька, или забыла чего?
Я отмахнулась от полковника
