Судьба может нестись вскачь, может неторопливо ползти или лететь, то поднимая своего подопечного к небесам, то роняя в пропасть, но всегда случается день, когда ни одно зеркало мира не может ответить на вопрос: кто ты? Остаются только чужие взгляды, которым раньше не придавал значения.
Авторы: Иванова Вероника Евгеньевна
этом всё закончится? Кто поклянётся мне, что, когда нити разорвут мои глаза, я перестану ВИДЕТЬ? Кто?
Улыбаюсь, и тихо говорю тому, кто ждёт моих слов:
— Никакого вывода не будет. Мне нечего и не из чего выводить. Я не знаю, кем являюсь. Имя и титул — всего лишь пустые звуки, придуманные и произнесённые теми, кто не более сведущ в тайнах мироздания, чем я… Если Вы хотите знать, кто я, спросите у людей, которые встречали меня на своём пути. Может быть, они ответят Вам. А если промолчат… Что ж, значит, я не заслужил того, чтобы быть… И давайте закончим: если Вы вознамерились убивать, я готов принять Ваш приговор. Если собираетесь терзать моё тело и дальше — придумайте новый вопрос!
Тишина усмехается. Светящиеся пылинки порскают в стороны, на мгновение — такое краткое, что глаза не могут понять, было ли оно на самом деле или только почудилось — отступая перед длинной тенью… А голос — усталый, но довольный — в последний раз раздвигает полог тишины:
— ХОТЕЛОСЬ БЫ ВЕРИТЬ, ЧТО ТЫ НЕ ГАДАЛ, А ОТВЕЧАЛ ТО, ЧТО ЧУВСТВУЕШЬ… Я НЕ СУДИЯ И НЕ ПАЛАЧ: БОЛЬ МЫ ПРИЧИНЯЕМ СЕБЕ САМИ, ЗАПОМНИ ЭТО… ЗАПОМНИ И СТУПАЙ… А КУДА — НАЗАД ИЛИ ВПЕРЁД — РЕШАТЬ ВСЁ РАВНО ТЕБЕ!
Последние слова интонациями странно напоминают Мантию, но я знаю, что не она задавала вопросы. Хотя бы потому, что здесь, в мире танцующих белых светлячков, у меня нет ничего и никого. Кроме меня самого. И этого вполне достаточно, как выясняется… В некоторых случаях.
С диким, совершенно невыносимым рёвом нити лопаются, роняя моё неподвижное тело. Сознание падает следом. Вниз? Наверх? Одно знаю точно: Я УХОЖУ. Покидаю клочок Пространства, оставляя… Что? Не могу понять. Но что-то, определённо, остаётся в круговерти мерцающих пылинок, вьюгой вздымающихся за спиной…
Тепло. Даже очень тепло. Трудно дышать, и вообще… Как-то тяжело. Словно на мне лежит груда…
Собственно говоря, она самая и лежит. Груда шкур. На кой фрэлл, скажите, пожалуйста? Я что, так сильно замёрз? В любом случае, сейчас мне невыносимо жарко и душно, и стоило бы…
Пытаюсь выпростать руку из-под вороха жёстких покрывал, и тут же слышу:
— Ты как?
Звенящий голос Мин сливается с отчаянным воплем Мантии:
«Ты вернулся!…»
Устало щурюсь:
— Не все сразу, девочки…
— С кем ты разговариваешь? — хмурится Мин. — Здесь нет никого, кроме меня и тебя…
— Да? — прикусываю язык и спешно ищу оправдание своей оговорке. — Знаешь, у меня в глазах… двоится.
— Это плохо, — обеспокоенно замечает воительница. — Я позову доктора!
— Не надо, милая. Я просто полежу… Всё само собой наладится.
— Само собой ничего никогда не налаживается! Всё равно схожу… Лежи спокойно! — Мин оставляет меня на растерзание моей любимой подружке.
Теперь можем поговорить.
«Я так рада, что ты вернулся!…»
Могло быть иначе?
«Должно было быть…» — осторожно отвечает Мантия.
Куда я попал?
«Тебе виднее…»
Даже предположить не могу! А вот ты, похоже, в курсе происходящего… Ну-ка, рассказывай!
«Что я могу рассказать, если меня там не было?…» — резонно куксится она.
И что с того? Ты рада, что я «вернулся», следовательно, имеешь представление о том, откуда именно нужно было возвращаться. Я прав?
«Возвращаться… Оттуда нельзя уйти по собственному желанию… и попасть туда — тоже, хотя многие пытались и отдали бы полжизни, чтобы однажды, хоть на несколько вдохов, заглянуть ЗА ИЗНАНКУ…»
Было бы, на что смотреть! Унылое и пустое место. Дальше десятка шагов ничего не видно…
«У каждого оно — своё… Почему, «не видно»?…»
Там такие тучи пыли кружатся, что даже нити сразу терялись из виду!
«Нити?…» — осторожный до робости вопрос.
Ну да, нити, которые каким-то образом прорастали прямо из моего тела… Очень неприятное ощущение, кстати!
«И… много их было?…» — Мантия задумчива и будто слегка напугана.
Много! Больше двух сотен. Собственно говоря, почти под горлышко…
«Однако…» — реплика, не говорящая ни о чём.
Что ты об этом знаешь?
«Кое-что знаю… Но не рассчитывала на такое развитие событий…»
А именно?
«Не так скоро…»
Что?
«Слишком мало времени и слишком много дел…»
Подробнее!
«Тебе предстоит новый цикл обучения…»
Опять?!
«Некоторые философы считают, что вся жизнь — это череда уроков, но хороших учеников прискорбно мало… Кто-то пропускает наставления мимо ушей, кто-то прогуливает, кто-то слушает, но не слышит…»
Мне надоело учиться!
«И я тебя понимаю…» — мерзкое хихиканье.
Хоть скажи, какой предмет стоит в расписании
