Судьба может нестись вскачь, может неторопливо ползти или лететь, то поднимая своего подопечного к небесам, то роняя в пропасть, но всегда случается день, когда ни одно зеркало мира не может ответить на вопрос: кто ты? Остаются только чужие взгляды, которым раньше не придавал значения.
Авторы: Иванова Вероника Евгеньевна
«НАДО».
«Какой же ты умница!…»
Ум силы ногам не добавляет.
«Но и не мешает эту самую силу развивать…» — мудро заметила Мантия и скомандовала: «Бегом — марш!…»
Я сменил быстрый шаг на вялую трусцу, впрочем, мою наставницу устроил и такой темп, а на третьем круге мне удалось заслужить право устраивать короткие передышки по всему маршруту следования.
Бездумно плюхать по каменной мостовой было скучнейшим занятием, и я, естественно, начал присматриваться к окружающим меня зданиям, хотя ночь — не самое подходящее время для осмотра городских и иных достопримечательностей.
Вот здесь ограда высокая, а дальше по улице — низенькая, чуть выше человеческого роста. О чём это может говорить? Например, о страхе хозяина перед вторжением нежеланных гостей. В частности, грабителей. Правда, это вовсе не значит, что тот, кто окружил себя менее мощным забором, никого и ничего не боится — скорее, рассчитывает на совершенно другие способы защиты жизни и имущества… Да, так и есть: пробегая мимо, я поймал волну одного из простых охранных заклинаний. Вор забрался? Нет, наверное, кошка бродит по внутреннему дворику или саду (смотря, что скрывается за стеной): чары всего лишь отметили движение, а не нарушение Периметра…
За этими затейливо переплетёнными прутьями — ещё одна гостиница. Тихая и сонная. О, простите: на первом этаже в окнах горит свет, и ощутимо тянет ароматом свежей выпечки, значит, кухарка уже приступила к выполнению своих обязанностей… А здесь какая-то лавка, но вывеску не рассмотреть — тоже тихо и темно… На втором этаже наверняка кто-то живёт: может, сам владелец лавки, а может, и люди, никак с ним не связанные… Интересно, какие сны они видят?…
Ну, лавочник, скорее всего, и во сне мечтает о том, чтобы с выгодой продать свой товар, а постояльцы гостиниц — чтобы выгодно товар приобрести или заключить удачную сделку: в Вайарду приезжают именно за этим. Город торговцев, в котором не проводится ни единой ярмарки, кроме сугубо местных распродаж продуктов труда близлежащих крестьянских хозяйств. Город, в котором встречаются представители продавцов и покупателей, показывают и оценивают тот или иной товар и подписывают контракт на его поставку. Лично я в Вайарде был один раз, и то проездом — оформлял какие-то бумаги, касающиеся то ли партии шёлка, то ли самоцветной руды… А, неважно! У меня не было времени глазеть по сторонам, но характер города, я, пожалуй, уловил, и теперь, неспешно труся по подмороженной, но сухой мостовой, с удивлением понимал: ничего не забывается…
У каждого места в мире есть свои неповторимые черты. Свои краски. Свой темперамент. Своя… душа. Я остановился, делая глубокий вдох, и душа хитроумной Вайарды хлынула в моё сознание…
Суета. Нервозность. Лукавство. Холодный расчёт. Деньги. Договоры. Споры до хрипоты. Надежда успеть к сроку. Обязательства. Обман. Усталая, но довольная улыбка… Несколько мгновений я был целым городом… Я был всеми теми людьми, которые спят в своих постелях или, позёвывая, занимаются неотложными утренними делами… Тени и мысли пролетали сквозь меня, оставляя невесомые ощущения… Вот кто-то переживает, что продешевил, подписав контракт… Кто-то радостно потирает руки, нагревшись на неопытном поставщике… Муж зол на жену за то, что она, сказавшись больной, не пришла к нему вечером… Какой-то ребёнок обижен на своих малолетних соседей, потому что у него отобрали новёхонький мячик… Пелена чужих настроений становилась всё гуще — вот она уже ощутимо давит на виски, и я, не в силах удержаться на ногах, подгибаю колени, садясь прямо на мостовую, но гул неизречённых слов набирает силу…
Эй, может быть, хватит?!
«Для начала — достаточно…» — кивает Мантия и хлопает Дверью. Я снова один. Один… Но отнюдь не одинок. Мне даже жаль расставаться с многословной Вайардой, но — хорошенького понемножку.
«Понравилось?…»
Как сказать… Это было интересно.
«Конечно… Так примерно и выглядит первичная балансировка сознания на объекте…»
Чего?
«Не притворяйся, что плохо понимаешь мои слова!… Позже я поясню, чего можно добиться, проникая в душу того или иного места, а сейчас… Пора завтракать, ты не против?…»
Всегда — за! И что, мне теперь каждый раз придётся бегать?
«Нет…» — еле сдерживаемый смех.
Как это?
«Основной принцип ты уяснил… Теперь сможешь без особой подготовки устанавливать контакт…»
М-да? Сидя на месте?
«Хоть лёжа…»
А бегать-то зачем было нужно?
«А чтобы не замёрзнуть!…» — если бы у Мантии был рот и всё остальное, думаю, он сейчас растянулся бы в довольной улыбке до ушей.
Ну ты
