Судьба может нестись вскачь, может неторопливо ползти или лететь, то поднимая своего подопечного к небесам, то роняя в пропасть, но всегда случается день, когда ни одно зеркало мира не может ответить на вопрос: кто ты? Остаются только чужие взгляды, которым раньше не придавал значения.
Авторы: Иванова Вероника Евгеньевна
мной издеваешься, да? — понимает он.
— Чуть-чуть, — соглашаюсь.
Проходит вдох, другой, и лицо молодого человека неожиданно светлеет, утрачивая последнюю тень злости и недовольства.
— Точно, издеваешься! Совсем, как Льюс, только… Мне почему-то не обидно.
— Льюс?
— Мой брат… Кстати, мы так и не представились… Меня зовут Кьез, — он протянул мне ладонь.
— Ивэйн. Для друзей — просто Ив, — с удовольствием пожимаю жёсткие пальцы.
— Не против, если перейдём на «ты»? А то от «выканья» меня дома тошнит…
— Ты ведь уже перешёл! — подмигиваю.
— А и верно… — он рассеянно тряхнул головой. — Вот что, давай-ка я тебя замотаю!
— Зачем?
— Даже если рёбра всего лишь треснули, стоит их слегка сжать, как ты считаешь?
— Ну-у-у-у-у…
…Тугая повязка не облегчила моих страданий, но отказать в принятии столь великодушной помощи я не мог. Пришлось натягивать камзол на нагромождение слоёв ткани, в которые меня запеленал Кьез. Очень умело, кстати, запеленал: наверняка сам не раз получал схожие повреждения.
— Так откуда ты знаешь, как я должен себя чувствовать?
— О, это долгая история…
— А нам спешить некуда, — он улёгся на соседний топчан. — Раньше окончания празднеств нас отсюда не выпустят.
— Это ещё почему? — я невольно похолодел.
— Очень просто: все случаи дуэли король рассматривает лично, а Его Наисправедливейшее Величество уже отбыло в загородный замок для подготовки к Празднику Середины Зимы. Конечно, есть ещё ослепший наследник, но вряд ли его интересуют такие незадачливые преступники, как мы.
— Печально… — ну я и влип. И что теперь подумает Мэй? Особенно, после прочтения оставленного мной письма?… Ох… Как плохо…
— Так что, времени у нас — хоть отбавляй!
— Ну что ж… Всё очень просто: ты вчера вечером выпил вино, в котором была растворена «рубиновая роса».
— Что?! — он ошарашено сел и уставился на меня. — Не может быть…
— Это такая редкость в твоих краях?
— Да нет… — он прислонился спиной к стене. — Просто, в столицу ввоз этой гадости запрещён…
— Отрадно слышать! Впрочем, кто-то всё же сумел достать малую толику отравы, чтобы напакостить.
— Кто?
— Об этом позже… Так вот, когда человек принимает раствор «росы», он, в отличие от эльфа, не веселится, а, как бы это сказать… Начинает искать повод для веселья. Например, задираться со всеми подряд.
— Ты имеешь в виду, что… — в тёмно-серых глазах мелькнуло понимание.
— Да, твой вызов был брошен не без влияния «росы». Ну и моего скромного участия, разумеется! Извини, что позаимствовал платок, но… Не мог побороть искушение.
— Да ладно… — Кьез махнул рукой. — Ерунда! А что происходит дальше? Ну, после того, как повод повеселиться найден?
— Да ничего особенного, — собираюсь пожать плечами, но вовремя одумываюсь. — Зависит от количества выпитого. На тебя пришлось сколько?
— Пара бокалов… — неуверенно вспоминает он. — Ну, может быть, три…
— Самое большее — полбутылки, потому что Мэй выпил не меньше, это я могу утверждать… В общем, некоторое время тебя будет знобить. Не так уж обременительно, но неприятно. И будет хотеться пить. Очень. Но думаю, ты справишься с жаждой… Вряд ли те, кто нас охраняет, ответят на просьбу принести воды, так что придётся потерпеть.
— Ты знаешь столько подробностей… — Кьез сузил глаза, вглядываясь в моё лицо. — Откуда?
— Видишь ли… Когда-то я сам через это прошёл.
— Зачем?
— Хм… Чтобы приобрести опыт.
— Он был тебе так нужен?
— У меня не было возможности отказаться.
В самом деле, не было. Магрит пришла в мою комнату и сказала: «Сейчас ты получишь ещё один урок… Запомни его хорошенько: нельзя желать другим того, что губительно для тебя самого!»… Я мог бы попытаться оказать сопротивление, но заранее знал: любая попытка обречена на неудачу. Хотя бы потому, что мне тогда было всего лет тринадцать, а сестра пришла не одна, а в сопровождении двух слуг, которым не составило бы никакого труда меня скрутить. Так что, принесённый флакончик «росы» я выпил сам, без чужой помощи. Помощь потребовалась потом, когда… Когда «роса» стала требовать подчинения. Я бился в судорогах, до крови стирая связанные запястья и щиколотки, но не мог ни потерять сознание, ни просить об избавлении, потому что выгнать яд из тела можно либо применением магии, либо… Дождаться, пока он сам утратит силу…
— Это было больно? — спросил Кьез, заметивший мою гримасу, сопроводившую старые воспоминания.
— Достаточно, чтобы понять: лучше этим зельем не увлекаться. Хотя в небольших количествах оно способно на полезное действие. Подавить
