Судьба может нестись вскачь, может неторопливо ползти или лететь, то поднимая своего подопечного к небесам, то роняя в пропасть, но всегда случается день, когда ни одно зеркало мира не может ответить на вопрос: кто ты? Остаются только чужие взгляды, которым раньше не придавал значения.
Авторы: Иванова Вероника Евгеньевна
в серых глазах.
— А кто же? Я на себя такую ношу не взваливал.
— И поступал совершенно правильно! Итак, ты хочешь, чтобы я возился со всем этим молодняком?
— Почему бы и нет? — пожимаю плечами.
— А что будешь делать ты?
— Придумывать нам с тобой новые проблемы, конечно же!
— Кажется, стоит тебя выпороть, — задумчиво роняет Мастер.
— И выпорешь! Только чуток попозже, потому что… Мне ещё ошейник надо вернуть.
— Ты что, его потерял?
— Нет, пропил! Ну не с собой же всё время такую пакость таскать.
— Пакость? — Рогар делает вид, что обижается. — Между прочим, у меня запасных нет, и придётся просить одного очень уважаемого…
— Гнома! — заканчиваю фразу за своего хозяина, и тот шумно выдыхает воздух:
— Опять забыл, что ты успел перезнакомиться со всеми моими друзьями…
— И создать у них о тебе весьма благоприятное впечатление! — подмигиваю.
— Это как сказать… Тот же Гедрин…
— Давай потом его вспомним, идёт?
— Ты куда-то торопишься?
— За ошейником. Являться в дом к двум незамужним женщинам, на ночь глядя — как-то невежливо, не находишь?
— Для тебя-то? — хохотнул Рогар.
— А что такое? Я, кстати, получил великолепное воспитание, что б ты знал!
— Вижу. Ладно, беги… Где тебя искать-то?
— У К… У милорда Ректора.
— Ты там живёшь теперь?
— Куда пустили, там и живу!
— К Эри заглянешь?
— Почту за честь. Разрешите идти? — отвешиваю короткий поклон.
— Иди уж… Шарфик у тебя… больно любопытный.
— Чем же? Обычный шарфик.
— Тем, что под ним, — Мастер щурит глаза. — Пользоваться-то умеешь?
— А то!
— Хотелось бы посмотреть.
— Всенепременно! Когда буду в полном твоём распоряжении, вот тогда и…
— Опять ведь улизнёшь, знаю я тебя… Ладно, до встречи!
Раз уж Рогар меня отловил и вынудил вспомнить о некоторых обязанностях, и в самом деле, нужно вернуть обратно своё имущество. Ну почему я не захватил «бусики» с собой в последний раз, когда выходил из дома Агрио? Ky-inn
ведь взял. И цепочку с ладошкой Йисиры — тоже. А теперь придётся из-за ерунды подвергать себя опасности. Какой? Быть узнанным и вызванным на откровение, конечно же. Правда, графинь я не особенно опасался: старшая, скорее всего, и не обратит внимания на скромного… скажем, посыльного, а младшая… Думаю, для неё сейчас существует единственный мужчина на свете в лице Мэвина, а все остальные могут идти дышать свежим воздухом.
В чём ваш покорный слуга и убедился, постучав в дверь особняка: Равель, появившаяся на пороге, лишь растерянно скользнула по моему лицу взглядом:
— Что Вам угодно, сударь?
— Милорд Ректор прислал меня за личными вещами некоего лэрра, который жил в этом доме. Могу я их забрать?
— Как он себя чувствует? — голос девушки расцвёл такой искренней обеспокоенностью, что мне стало немного стыдно. И за своё поведение — в том числе.
— Он… почти выздоровел, госпожа. Скоро будет на ногах.
— Как это чудесно! Мы так испугались, когда узнали, что Ив… — она на мгновение запнулась. — Лэрр Ивэйн заболел. Вы… не передадите ему небольшое письмо? Вы ведь увидитесь с ним, да?
— Разумеется, передам, госпожа.
— Я напишу, пока Вы будете собирать вещи…
Собирать… Что тут собирать — смех один! Черновики, оставшиеся от моих трудов над дневником Лара, я порвал на мелкие кусочки и отправил в камин. Плащ… нет, брать не буду — не пристало мне такую роскошь носить. А, вот и он! Не мудрствуя лукаво, я защёлкнул ошейник там, где ему и полагалось находиться. На шее, то есть. В свете сложившихся обстоятельств это даже выгодно — кому-то принадлежать…
Он вошёл бесшумно, как и всегда. Вошёл и остановился у порога, прислонившись к стене. За что особенно не люблю листоухих, так это за их «эльфийский шаг»: я же не враг, чтобы ко мне подкрадываться!
— Что Вы здесь делаете? — посмотрите только, какой холодный тон! Ну да, конечно, чего с простым слугой церемониться…
— Госпожа графиня не сказала? Милорд Ректор прислал меня за вещами лэрра.
Лиловое серебро глаз внезапно оказалось совсем рядом:
— Что с ним?
— Ничего такого… Он просто болен.
— Чем?
— Откуда я знаю?
— Вы его видели?
— Ну… да, — старательно смотрю куда угодно, только не в глаза Мэя.
— Давно?
— На той неделе, — отвечаю предельно честно: и в самом деле, ведь, проснулся я совсем уже другим… человеком.
— Значит, и Вы не знаете… — сокрушённый вывод.
— Чего не знаю?
— Того, что лэрр умер!
Ой, как же мне не нравится твоё настроение, малыш. Почему — «умер»? Только
Кy-inn — «искра разума», один из ряда любимых эльфийских талисманов, в который входят также ela-inn — «искра чувства» и fyu-inn — «искра жизни». Считается, что эти талисманы несут в себе частичку своего владельца и неразрывно с ним связаны, но это вовсе не означает, что потеря одного из них приведёт к неприятным последствиям, поскольку эльфы часто дарят эти хрустальные капельки тем, кто занимает их мысли.
