Судьба может нестись вскачь, может неторопливо ползти или лететь, то поднимая своего подопечного к небесам, то роняя в пропасть, но всегда случается день, когда ни одно зеркало мира не может ответить на вопрос: кто ты? Остаются только чужие взгляды, которым раньше не придавал значения.
Авторы: Иванова Вероника Евгеньевна
Дэриена прорезалась сталь.
— Я буду исполнять свои обязанности с прежним рвением, милорд. Но только в предписанное время, — подбородок рыжего приподнялся. Совсем чуть-чуть, на какой-то волосок, но теперь перед принцем стоял не просто слуга, телохранитель или кто-то в этом роде. Перед его высочеством стоял Человек Чести. Человек, который будет исполнять свой Долг, но никогда не позволит себе выйти за пределы этого Долга.
Ай, как глупо получилось… Но я же не мог предположить, что мой каприз приведёт к такому ужасу? Не мог. А должен был…
— Прежде чем вынести решение я хотел бы знать, какие причины заставили Вас просить об отставке, — Дэриен двигается в нужном направлении, молодец. Главное, знать, в каком месте, а уж пробить стену… Сие неблагодарное задание может выполнить и кое-кто другой.
— Причины личного характера, милорд.
— А именно?
— Полнота полученных сведений.
— По какому вопросу?
— По вопросу соответствия цели приложенным усилиям.
Принцу было проще: после моих скорбных признаний, проливших свет на неожиданную взбалмошность телохранителя, Дэриен примерно представлял себе, что расстроило Борга. Но ключевое слово здесь «примерно». К счастью, его высочество не присутствовал при нашем с рыжим разговоре, иначе… Мне нипочём не удалось бы извиниться. И всё же, фрэлл подери… Как я сглупил!
— И как она, цель? Соответствует? — подаю голос с лестницы.
Борг, для которого моё появление не осталось незамеченным (на то он и профессионал), даже ухом не повёл. По крайней мере, карий взгляд ни на дюйм не сместился в сторону от ранее выбранного направления.
Не хочешь отвечать? Не считаешь меня достойным принимать участие в беседе? Что ж, твоё право. Но не забывай, что кое-какие права есть и у меня. Например, право сразиться с последствиями собственных ошибок. И право победить их, конечно!
Я спустился вниз, подошёл к принцу и положил руку на его плечо:
— Знаешь, что, Дэрри… — как Борг ни пытался сохранить каменное выражение лица, при этих словах дрогнуло всё, начиная от взгляда и заканчивая уголками губ. — Предлагаю тебе… нет, настоятельно рекомендую отправиться на кухню и полакомиться замороженным сливочным кремом: это будет приятно, полезно и позволит скоротать время, за которое два взрослых мальчика постараются поделить свои игрушки. Согласен?
— Вообще-то, нет, — качнул головой Дэриен. — Но если ты уверен…
— Как никогда!
— Хорошо. А крем вкусный?
— Очень. Сам утром уплетал за обе щеки!
— Позвольте заметить, ваше высочество, — глубокомысленно вступил в разговор Ксаррон. — У меня возникло смутное сомнение, что оного крема практически не осталось… Особенно, если учесть, что кое-кто его «уплетал».
— Осталось, осталось! — успокоил я. — Кстати, хватит на всех.
Слово «всех» я выделил особо, чтобы дать понять кузену: твоё присутствие нежелательно. Противопоказано, поскольку Борг видит в «милорде Ректоре» прежде всего вышестоящую персону. Во всех смыслах.
Ксо прекрасно понял мою мысль и усмехнулся: мол, действуй, если желаешь, только неудачи на других не спихивай.
Не буду. А уж удачу тем более никому не подарю!
И мы остались вдвоём: я и рыжий великан. Первую реплику пришлось подавать мне, потому что Борг не мог себе позволить «потерять лицо». Ох уж эти придворные церемонии! И не только придворные, впрочем: на каждом ярусе Мироздания в моду введены свои правила существования. Нельзя сказать, что они совсем уж плохи или вредны, напротив, иногда только благодаря исполнению строго предписанной последовательности действий и удаётся избежать бед. Но, когда дело касается межличностных баталий… Правила мешают. Жаль, что не все понимают такую простую истину и не сбрасывают с себя доспехи церемоний, если требуется открыть сердце…
— Итак, цель стоила усилий?
— Смотря, какая.
Разумный ответ. И взгляд, наконец, перестаёт блуждать по стенам, останавливаясь на мне.
— Ты можешь оценить всё?
— Почему бы и нет?
О, это уже похоже на приглашение пободаться. Я бы с радостью, дяденька: лоб у меня крепкий, выдержит, вот только… У тебя-то рогов нет, и не стоит их заводить.
— Мне было бы интересно послушать, однако… Для тебя значение имеет одна из них, верно? Посему трогать другие не будем. Скажи: достигнутая тобой цель стоила твоих усилий?
— Ты сам знаешь ответ.
Ну вот, теперь получаю упрёк. Заслужил, конечно, но всё равно обидно.
— Знаю? Ты слишком высокого мнения обо мне, дяденька! И…
Осекаюсь, потому что случайно пришедшие на язык, казалось бы, ничего не значащие слова, мгновенно расставили всё по своим местам. Невероятно
