Отряд

рядом с часовней Сен-Шапель, затем по мосту Шанж перебрались на правую сторону Сены, где селились в основном богатые аристократы и приобретшие дворянство и должности буржуа — «люди мантии». Там и остановились, где-то между Гревской площадью и Шатле, остановились у богато украшенного входа в один из особняков с резным фронтоном и большими застекленными окнами.
— Прошу вас, мой господин, пройдите во-он по той улочке. — Служанка кивнула куда-то вбок. — Немного подождите там.
Иван пожал плечами: подождать так подождать — даже интересно. Долго ждать не пришлось — в увитой плющом стене вдруг распахнулась небольшая дверца.
— Сюда, месье Иван!
Юноша не заставил себя долго упрашивать, оказавшись вдруг в небольшом прелестном саду с тщательно подстриженными кустами, беседками и бегущим неизвестно куда ручьем.
— За мной, месье.
Пройдя сад, Иван поднялся по неширокой лестнице на галерею, потом, войдя в высокие резные двери, оказался перед целой анфиладой роскошно обставленных комнат, обитых разноцветным шелком — голубым, розовым, желтым.
— Ты привела его, Аннет? — внезапно послышался нежный голос.
— О да, госпожа.
— Так пусть войдет!
Обернувшись, служанка откинула портьеру, за которой виднелся уютный альков с парой резных полукресел и широким турецким диваном. На диване, опираясь на левую руку, возлежала «belle inconnu» в переливающемся муаровом платье с обширнейшим декольте, почти не скрывавшем изящную грудь. Золотистые волосы красавицы ниспадали на плечи, серые искрящиеся глаза излучали смешанную с любопытством признательность.
«Ну, надо же! — непроизвольно подумал Иван. — Всего-то навсего платок поднял».
— Входите же, славный юноша. — Девушка сделала широкий жест рукой. — Садитесь и будьте как дома. Признаюсь, как только услышала на улице ваш акцент, так сразу же захотела познакомиться с вами. Простите мне мое любопытство, надеюсь, оно не оторвало вас от важных дел?
— О, что вы, что вы…
— Служанка сказала — вы русский?
— Да, из России.
— О, как это интересно! Скажите что-нибудь по-русски.
— Вы — очень красивая!
— Кра-си-ва… А что это значит?
— Tres belle… — Иван покраснел.
— О! — Незнакомка шутливо погрозила ему пальцем. — Давайте выпьем вина. За наше знакомство. Вас зовут Иван, так?
— Так. Иван, Леонтьев сын. Служилый человек.
— Да-да, я знаю со слов Аннет. Вы дворянин.
— Из детей боярских. У нас это чуть выше, чем просто дворянин.
— Интересно. Пейте, пейте же… Расскажите мне о России.
Иван стал рассказывать. Сначала немного, потом, увлекаясь, все больше и больше. О золотых куполах церквей, о Красной площади, о Преображенском соборе и Грановитой палате, о многих деревянных церквях, настоящем резном чуде, которые пришлось повидать. Девушка слушала с интересом, иногда с восхищением хлопала в ладоши, по всему видно было — рассказ гостя ее занимал, вызывая иногда весьма непосредственную реакцию, чересчур непосредственную для знатной дамы, коей, несомненно, являлась «бель анконю». Впрочем, почему — незнакомка?
— А вас как зовут? — решился наконец Иван. — Позволено ли мне будет узнать?
— Камилла, мадам де… Впрочем, лучше называйте меня мадемуазель, я ведь еще не очень стара, не правда ли?
— О…
— А мой муж… поверьте, вам совсем ни к чему знать его имя… Он совсем чужой для меня человек. Я здесь как птица в золотой клетке. Не улетишь, и не только потому, что — клетка, но во многом — потому, что из золота. О, из золота куются самые крепкие цепи! Впрочем, что об этом? Чему вы учитесь?
Иван улыбнулся:
— Можно сказать — всему. Всему, что может быть полезно моей родине. Юриспруденция, финансы, мануфактуры, добыча угля и металлов, корабельное дело — все. Конечно, я понимаю, что не получится охватить все, поэтому больше времени уделяю юриспруденции, экономике и финансам.
— Да, это все так сложно! Вы надолго у нас?
— Думаю, еще полгода, год.
— Что ж, не сомневаюсь, что за это время вы многому сможете научиться. — Камилла моргнула и улыбнулась настолько очаровательно, что у юноши заныло сердце.
— Вы умеете танцевать?
— К сожалению, еще не успел овладеть сим тонким искусством, — честно признался гость.
— О, это просто, я вас сейчас научу. Вставайте же!
— Почту за честь…
Камилла подошла к небольшому столику, раскрыв стоявшую на нем небольшую шкатулку — тут же послышалась нежная музыка: динь-динь-динь, динь-динь-динь…
— Дайте мне вашу руку, — шепотом попросила красавица. — Нет, не ту, левую. Правой обнимите за талию. Крепче… И — раз… И — два… Левая нога вперед… Теперь правая… Теперь