Отряд

Пьера Ремье.
Вот туда-то и поспешал Прохор солнечным субботним утром. Собственно, и не утро уже было, а самый настоящий день — солнце давно уже сверкало в самой середке неба. Прохор даже вспотел и, сняв плащ, повесил его на согнутую в локте руку.
Вот уже и знакомая мастерская, увитый зеленым плющом забор, ворота. Одна створка распахнута.
Прохор осторожно заглянул:
— Эй, дядюшка Пьер!
Никакого ответа. Лишь из-за распахнутых ставень высунулась кудрявая головенка малыша Антуана, внука старого мастера:
— А дедушка на рынок ушел. Сказал, что не скоро вернется.
— Да уж ладно! — Прохор подмигнул мальчонке, уселся у ворот на траву. — Я тут посижу, подожду.
— Напрасно сели, можете не дождаться, — вскользь заметил проходивший мимо прохожий — не старый, но и далеко не молодой мужчина в черном плаще и высоких ботфортах. Лицо волевое, с седой бородкой клинышком, тщательно накрахмаленные брыжи…
— Почему — не дождусь? — Уж самые-то простые фразы Прохор понимал, только произносил их коряво.
— А потому, что старик Ремье может пойти посмотреть на механическое судно.
— Что… что вы сказали, месье? Механическое судно? Когда? Где?
— Как, вы разве ничего не слышали? Его должны испытать на Сене у Сен-Жермена, как раз сегодня утром и еще завтра в полдень. Я бы и сам не прочь посмотреть, да сегодня уж не успеть. Пойду завтра.
— А там… — заволновался Прохор. — Там всех пускают смотреть?
— Да всех, — беспечно рассмеялся прохожий. — Только вот мало кто пока еще знает. Вы тоже языком не болтайте, молодой человек, иначе точно сквозь толпу не пробьемся.
— Я — молчок, — клятвенно заверил Прохор. — Так, значит, завтра в полдень у Сен-Жермена?
— Да, там. Думаю, увидимся.
— Обязательно, сударь!
Прощаясь, молодой человек вежливо приподнял шляпу.
Назавтра вся троица отправилась к Сен-Жермену. Вышли загодя, еще поутру, больно уж боялись опоздать, особенно — Иван. Прохор с Митькой посматривали на него искоса, но расспрашивать о будущей дуэли не решались, справедливо полагая, что если приятель захочет, так сам расскажет, а не захочет — так нечего и в душу лезть, спрашивать. Так и прошагали молча почти до самого аббатства. Лишь, завидев тополя, Прохор забеспокоился:
— У тебя когда дуэль, Иване?
— В полдень.
— Ну, ты уж это, постарайся укокошить своего старичка побыстрее. Мне тут нужно кое-что посмотреть.
— Да и у меня важная встреча, — поддакнул Митрий.
— Ага! — Иван только руками развел. — Так вот почему вы оба так сюда рвались. А я-то думал — лишь мне помочь.
— Ну и тебе помочь, а как же?! — рассмеялся Прохор. — Ты, главное, не беспокойся, ежели что… — Он решительно сжал кулаки. — Так твоего задиру отметелим, никакой шпаги не нужно!
— Ну вот. — Иван остановился у зарослей. — Кажется, пришли… Что-то мой старец задерживается. Ага… Вон, кажется, он.
Все разом обернулись.
По тополиной аллее, в сопровождении двух дюжих слуг, не спеша шествовал седобородый человек в черном испанском платье, усыпанном мелким жемчугом и при шпаге. Завидев компанию русских, он радостно улыбнулся и помахал рукою.
— Господи! — удивленно воскликнул Митрий. — Это ж месье Перишен, книжник! Обещал сегодня принести мне Парацельса.
— А мне сказал, что здесь, на реке, пройдут испытания механического судна! Хочется посмотреть на такое диво.
— Так ты, Иван, значит, с ним дерешься?!
— Здравствуйте, господа! — подойдя ближе, церемонно поклонился седобородый. — Думаю, вопросы с книгой и механическим судном мы обсудим чуть позже. Сейчас же — дуэль. Готов дать удовлетворение, правда, не здесь… Неподалеку имеется более уединенное место. Пройдем?
— Извольте, — коротко кивнул Иван. Седобородый почему-то сейчас не вызвал в нем никакой ненависти, да и особого желания драться не было. А все же придется — к тому все идет. Что ж… Пусть будет как будет!
— Ваша шпага чуть длиннее моей, — с улыбкой заметил соперник. — Но меня это не смущает. Если не против — начнем?
Острый клинок просвистел в воздухе.
— Начнем, — согласно кивнул Иван.
— Да, я бы попросил господ секундантов расположиться во-он у той клумбы… Там бывают прохожие. Редко, но бывают.
Все четверо — Митрий с Прохором и секунданты седобородого — послушно отошли к клумбе, усаженной красивыми желтыми и ярко-красными цветами.
Оба бойца приняли боевые позы — встали друг к другу грудью, в правой руке — шпага, в левой — кинжал.
Начали!
Оп!
Иван атаковал первым. Нанес удар непростой, с выпадом, так, чтобы поскорей со всем этим покончить. Соперник ловко отскочил в сторону, уклонился, в свою очередь нанес