Отряд

— Иван специально опустил глаза, чтобы не смущать девчонку. — Кажется, вы мне про него что-то рассказывали.
— Рассказывала? Я? Что-то не припомню…
— Впрочем, это не важно, — вполне светски улыбнулся молодой человек. — День сегодня и впрямь хоть куда… да и вообще, вся неделя. Пойду, пожалуй, пройдусь.
Поправив на голове шляпу, он поклонился и, повернувшись на каблуках, направился к выходу… Ну? Останови же! Ну!
— Месье Жан!
— А? — Юноша тут же обернулся. — Мне показалось, будто вы меня звали?
— Вы очень сейчас торопитесь, месье Жан? — В голосе Катерины зазвучали просительные нотки. Ага…
Иван поспешно устремил взгляд в потолок:
— Ну, вообще-то тороплюсь…
— Жаль…
— Но не так чтобы уж очень.
— Да?
— Точнее сказать, вообще не тороплюсь. А что?
— Просто я… я могла бы… Вы ведь просили посидеть с вами во дворике, месье Жан?
— Ах, да-да! Так вы согласны?
— Вы идите, а я захвачу вино и бокалы.
Они уселись на скамеечке в небольшом садике, на той самой, что сидели во время первой встречи, закончившейся жаркими объятиями. Нельзя сказать, чтобы Ивану не хотелось повторить произошедшее, но куда важнее было сейчас расспросить девчонку, да и вообще побольше узнать о загадочном господине Юбере. О нем-то как раз и зашел разговор — о ком же еще? Катерина как раз и начала первой — устремив очи долу, спросила, словно бы невзначай:
— Значит, ваши друзья свели знакомство с Юбером-привратником?
Иван хохотнул:
— Да уж, свели. Хороший, говорят, боец, да еще и образован. Непонятно, с чего бы такому человеку прозябать в служках? Он ведь мог бы составить себе неплохую карьеру в государственных органах.
Юноше стоило, чуть скосив глаза, бросить самый мимолетный взгляд на прекрасную собеседницу, чтобы тут же стала понятна причина столь странного поведения Юбера. Вот она, причина, — сидит сейчас на скамейке, краснеет да кусает губы! Дураку ясно…
— Оба моих приятеля сегодня приглашены к привратнику в гости, — ничуть не кривя душою, продолжал Иван. — Кстати, они рассказали ему, где живут, и упомянули про вас…
— Что?! — Девчонка аж подпрыгнула. — Про меня? И что же они сказали?
— Сказали, что у хозяина постоялого двора есть очень красивая племянница, которую зовут Катерина.
Молодой человек, конечно, не знал точно, упоминали ли о девушке Прохор и Митрий, но… если и не упоминали, то ведь вполне могли упомянуть, и именно в таком вот контексте.
— А Юбер, что сказал Юбер?
— Юбер? А, привратник… Беседовал с ними о поэзии и искусстве.
— А…
— Ах, ну да. О вас тоже упоминал, причем с явным одобрением и — я бы сказал — с грустью.
— Что вы говорите, месье Жан!
— Да-да, — продолжал нагло врать Иван. — С грустью. Очень, говорит, хорошая девушка, эта Катерина, жаль только нечасто заходит.
— Нечасто захожу?! О! — Катерина вдруг обхватила голову руками с такой силой, что побелели пальцы, а у Ивана появились серьезные опасения за целостность ее черепа — как бы не раздавила. — Так он же сам, сам… Так, значит… И отец Урбан, он вчера заходил, сказал, чтоб я… О, Боже… — Девчонка уронила голову на руки и зарыдала.
— Ну, вот, — искренне огорчился ее собеседник. — Опять слезы! Ну что вы, девушки, за народ такой? Хлебом не корми — дай поплакать! Ну-ну, не печальтесь, Юбер о вас все время говорит, прямо не умолкая…
— А отец Урбан… — рыдая, простонала девушка. — Он вообще вчера сказал, чтобы я убиралась из городка — и чем скорее, тем лучше. А Юбер — он так сказал — вскоре станет послушником, а затем — и монахом. О, горе мне, горе!
— Да не реви ты! Ну! — Повернувшись, Иван сильно тряхнул девчонку за плечи. — Так этот отец Урбан, он, значит, вчера приходил?
— Угу. — Катерина кивнула, размазывая по щекам слезы.
— А что же ты про него не сказала, когда я спрашивал? Забыла?
— Да не забыла… Он ведь ко мне приходил, а не к вам.
— И что, сразу тебя отыскал? — настойчиво допытывался Иван.
— Ну, не сразу. — Девчонка постепенно успокаивалась. — Я как раз убирала в комнатах… Ну да, в вашей и была, когда туда заглянул отец Урбан. Он еще разрешил мне убрать четвертый этаж, а сам там сидел, у вас, ждал — в таверне-то невместно монаху.
— Ах, вот оно что, — нахмурился молодой человек. — Значит, отец Урбан. И он посоветовал тебе убираться?
— Он… именно это и посоветовал. И еще добавил, что привратник Юбер очень рад этому будет.
— Тихо, тихо! — Увидев, что девушка вновь собирается плакать, Иван шустро подал ее бокал вина. — На-ка вот, выпей… Во-от, молодец, так-то лучше. Слушай-ка, Катерина, а чего ты слушаешь разных уродов? Мои друзья о Юбере совсем другое рассказывали.
— Но ведь отец