Отряд

зазорно ли для чести? Подумав и поспорив, решили, что нет, не зазорно — все же ведь России служить будут, а не только царю. Сколько уж сменилось этих царей за столь короткое время, можно сказать, на глазах прямо — Борис, Федор, Дмитрий. Ребята, кстати, присягали одному Борису, Федору не успели, что же касаемо Дмитрия, то…
— Пусть хоть и самозванец, да ведь царь, — задумчиво произнес Митрий. — Нельзя ведь совсем без царя-то. Нешто тогда порядок будет? Да и не царю служить будем — Отечеству! Как и служили, не переставая. Опять же, ошкуя кто ловить будет? Овдеев ведь его недострелил, промахнулся.
— Овдеев, кажется, ничего человече, — утерев губы, заметил Прохор. — И самоз… государь к нему благоволит. Как-то под его началом служиться будет?
— Эх, был бы Ртищев!
— Что и говорить — уж Андрей Петрович нам бы растолковал, что к чему…
— Андрей Петрович бы растолковал? А у самого голова на что?
— Ладно вам спорить, — Иван поднял бокал. — Помянем Ртищева, братцы.
— Царствие ему небесное.
— Земля пухом.
Выпив, помолчали, задумались. Конечно, по всему выходило, что предложение Овдеева надо принимать — и Родине послужить, и так, для самих себя, чтоб бездельем не маяться. А порухи для чести тут нет никакой — царь Борис, которому присягали, умер, Федора — то ли убили, то ли сам убился, как бы то ни было, теперь царь — Дмитрий, расстрига он там или еще кто. Вот коронуется — и будет очень даже законным государем, и не важно, какое там у него прошлое. Честно говоря, Ивану Дмитрий был даже симпатичен — веселый такой, запросто подойдет, поговорит — не по-царски, конечно, но, черт возьми, приятно!
— К тому ж он нас должен помнить, — добавил Митрий и тут же поправился: — Я не говорю, что мы должны специально искать его милостей, но все ж таки и бегать от них не должны.
Иван вдруг расхохотался:
— Ай да Митька! Хорошо сказал, черт: не бегать от милостей.
— Ага, — в тон ему поддакнул Прохор. — Можно подумать, они на нас дождем сыплются, милости-то. Но, вообще — да, служить надо! Я — за!
— Я тоже! — тут же воскликнул Митька. — А ты — Иване?
— Ну и я — за, — подумав, махнул рукой Иван. — Куда ж я без вас?
Все трое молча повернулись к Василиске. Та улыбнулась:
— Что ж, мыслю — верно решили. И порухи чести тут никакой нет, не царям — Отечеству служите.
— Стало быть — так тому и быть! — подвел итог Иван. — Завтра с утра заявимся в приказные палаты.
— Оденьтесь получше, — напомнила Василиска. — Кафтаны я пересмотрю, где надо — заштопаю, а уж амуницию сами глядите.
Девушка вскоре зазевала, поднялась в светлицу, спать, а парни еще долго сидели за столом, разговаривали. Обсуждали нового царя, гадали, какие при нем будут порядки, ну и, конечно, не обошли стороной чертольского упыря — ошкуя. О нем-то Иван потом и думал, пока не заснул. Каким образом упырь подстерег Архипку? Заранее выглядывал или так, случайно? Нет, не похоже, чтобы случайно… То есть нет, встретил-то он его, может, и случайно, а уж дальше… Чем Архипка выделялся из толпы себе подобных подростков-отроков? Одежкой, знамо дело — купеческий сын, не из бедных — кафтан с золотым шитьем, рубашка шелковая… На такого, в общем-то, и любой тать вполне мог польститься — ограбить. Но вот польстился — ошкуй. «Тело человеческое, а голова — медвежья» — Иван припомнил слова отрока. Как такое быть может? Может, оборотень какой по Чертолью рыщет? Ага, а потом жир да внутренности своих жертв продает колдунам да ворожеям! Продает ли? Так ведь тогда и не выяснили… Ничего! Теперь, ужо, будет и время, и немаленькие возможности!
С такими вот мыслями Иван и заснул.
А действительность распорядилась иначе.
Овдеев, конечно, их приходу обрадовался, но от предложения заняться ошкуем презрительно отмахнулся:
— После, после, парни. Сейчас другая беда — Шуйские! Государь наказал — выделить лучшие силы. А кто у меня лучший? Что смотрите? Наслышан, наслышан я о ваших прежних подвигах, рассказали…
— Ртищев?
— Ртищев? Гм… ну да, и он тоже. Итак, — Овдеев обвел взглядом притихших парней. — Есть сведения, что князья Шуйские — в особенности Василий — замыслили злое. Небось спросите — откуда сведения? Скажу. От Богдана Бельского, ближнего к государю человека. Источник вполне надежный.
— Да… но — Шуйские! — покачал головой Митрий.
Стольник рассмеялся:
— Что, волосы дыбом встали? Ну и что, что Шуйские? Подумаешь, Рюриковичи и права на престол имеют. Нам-то какая разница — государевым велением боярин-батюшка Петр Басманов указал провести следствие, мы и проводим. Сыщем крамолу — о том и доложим, а уж что с крамольниками потом станется, то не нашего ума дело! Задание ясно?
— Вполне, — Иван кивнул за всех.