Отшельник

больную ногу.
– Ты знаешь, – удивленно сказал он, – гораздо лучше!
Знахарь посмотрел на Афанасия, и тот, довольно сморщившись, сказал:
– Таежная медицина, однако. Через два дня бегать будет.
Тимур засмеялся:
– Нет, ты понял, каких я тебе ценных кадров привел?
– Понял, понял, – Знахарь тоже засмеялся, – тоже мне, начальник отдела кадров!
– А что, – Тимур приосанился, – могу, если захочу. Но не захочу. У меня от бумаг голова болит.
– Вот и хорошо, – сказал Знахарь.
– Что хорошо? – спросил Тимур, – что голова болит?
– Нет, – ответил Знахарь, – хорошо, что Семен через два дня бегать будет.
– А что будет через два дня? – поинтересовался Семен, осторожно опускаясь в кресло.
– Да так, ничего особенного, – Знахарь пожал плечами, – может, прогуляемся по лесу, может – еще что-нибудь. Тимур, там еще пиво есть?
– А как же! – ответил Тимур и, встав, направился к холодильнику.

На следующий день Афанасий с Макаром с самого утра ушли в лес, и мы остались втроем. Полдня прошло в спокойной ленивой полудреме, но, как только мы сели к обеденному столу, Кусай и Жучка опять навострили уши, и опять это оказался долбаный военный катер. Но на этот раз солдатиков на нем сидело всего двое, зато офицер был – аж целый майор.
Нормальный такой майор внутренних войск, с тугим брюхом, тяжелой мордой и наглыми глазами. Я стоял на причале, лениво поигрывая помповиком, и смотрел, как он, побагровев сытым загривком, выбирается из катера, причалившего рядом с белым «Ништяком».
Наконец майор влез на причал и выпрямился.
Посмотрев на мой «моссберг», он одобрительно кивнул и сказал:
– Хорошее ружьецо. А вы всегда так гостей встречаете?
– Это смотря каких, – ответил я, – если таких, про которых вчера ваши солдатики рассказывали, то именно так, и не иначе.
– Но я-то вроде из других, – сказал майор, усмехнувшись.
– Кто знает, – задумчиво ответил я, – всякие бывают… Их еще «оборотнями в погонах» называют.
– Ну, это вы зря, – майор полез в карман, – я могу удостоверение показать.
– Да ладно, – я засмеялся, – бросьте! А кроме того, удостоверение состряпать, сами знаете, – раз плюнуть. Чему обязан?
– Да в общем-то ничему, – майор перестал рыться в кармане и посмотрел на мой дом. – Хороший дом…
– … хорошая жена, – что еще нужно человеку, чтобы достойно встретить старость? – продолжил я, и мы рассмеялись.
Причем оба – фальшиво.
Я видел, что майор этот – подонок. А он видел, что я это видел. То есть, как говорится: я знаю, что ты знаешь, что я знаю. Примерно так.
Но играть нужно было правильно, и я, радушно поведя рукой в сторону дома, спросил:
– Как насчет чайку? Вы ведь поговорить приехали, так оно под чаек-то сподручнее.
– И то верно, – сказал майор и пошел вслед за мной во двор.
В дом я его приглашать не собирался, и для этого было две причины.
Первая – Семен, а вторая – я не хотел, чтобы в мой дом входили всякие сволочи, особенно такие, после которых остается гнусная казарменно-лагерная вонь. Этот запах был слишком хорошо знаком мне, да и вообще – самым большим желанием в этот момент у меня было всадить заряд картечи в жирное майорское брюхо. Лично мне он ничего не сделал, но я был готов отдать все свои металлокерамические зубы за то, что он этого заслуживал.
Несмотря на кровожадные мысли, я гостеприимно провел майора к большому уличному столу и усадил его на скамью, предварительно смахнув с нее мусор еловой лапой.
– Тимур! – крикнул я, повернувшись к дому.
Дверь открылась, и на крыльце, зевая, появился Тимур, который умело притворился ленивым слугой.
– Чего надо? – пробурчал он и почесал яйца.
Я понял его игру и чуть не рассмеялся.
– Чего надо? Чаю надо, вот чего, – сказал я, – поставь самовар.
– Самовар им, – недовольно пробормотал Тимур, но спустился с крыльца и, лениво переставляя ноги, пошел в сарай за шишками.
– Я вижу, работничек у вас еще тот, – крякнул майор, – ну, да я таких быстро перевоспитываю. Через неделю они у меня начинают бегать, как Валерий Брумель.
Я посмотрел на майора и понял, что это была одна из армейских шуток, вроде того, что копать нужно отсюда и до обеда.
– Какой есть, – я вздохнул и пожал плечами.
Тимур вышел из сарая, неся перед собой полный мешок шишек.
– Ты бы их вообще все принес, – фыркнул я, сдерживая смех, – не мог сколько нужно взять, что ли?
– А не во что, – ответил Тимур и снова зевнул.
Майор посмотрел на него, как кот на мышь, и повернулся ко мне.
– Вы сказали, что вчера солдатики приезжали…
– А