Отшельник

«отбывать» почти по месту жительства – в зомбированную зону. И служить бы Афанасию Аянову вскорости в секретной воинской части, однако… То-то и оно, что однако.
Дальше было похоже на сказку. В день, когда Афанасий, так же, как потом Семен, впервые вертел в недоумении головой посреди пустынного плаца, что-то сбилось в сложной системе электронного слежения за зоной. Не иначе, сам Билл Гейтс им программы писал.
Когда продрогший Афанасий выскочил из холодной прямоугольной консервной банки для перевозки зеков, в которую был переделан кузов грузовика, он увидел огромную хорошо утоптанную заснеженную поляну, в дальнем конце которой виднелись низкорослые деревянные бараки, несколько кирпичных строений, высокая труба кочегарки, а по всему периметру – бесконечная «живая изгородь» колючей проволоки… Навстречу по плацу даже не шла, а летела свежая, как первый подснежник, девушка в коротком меховом полушубке. Глаза ее радостно сияли, а на щеках горел молодой румянец…
– Ладно, пошли, налюбуешься еще, – послышался голос немолодого вертухая, подошедшего его встречать. Он выглядел устало, и был без оружия. Хотя Афанасию никогда не доводилось бывать на зонах, это показалось ему странным.
Но еще более странным показалось ему то, что из-за грузовика вдруг появился невесть откуда взявшийся огромный медведь, встал на задние лапы и вертухая обнял. Это напоминало бы «смертельный» цирковой трюк, если бы не оказалось смертельным в действительности. Хищное животное стиснуло дружеские объятия и не дослуживший до пенсии сторож упал со сломанной шеей. Косолапый убийца, не обращая внимания на мелкого Афанасия, двинулся навстречу девице.
Из кабины «воронка», выкатив глаза, на все это пялился перепуганный до смерти шофер.
Куда смотрели камеры наблюдения, охранники на вышках, почему остались открытыми ворота, которые должны были автоматически закрыться за грузовиком – все это осталось для Аянова тайной за семью печатями. Не иначе, очередной компьютерный вирус, расплодившийся в интернете, отвлек электронные мозги зоны какой-нибудь специфической виртуальной порнухой.
Но одно тогда Афанасий знал точно: через мгновение оцепеневшей девушке настанет кирдык.
Откуда взялась эта скорость в кривых остякских ножках, и сам Афанасий не понимал до сих пор. Но он в два скачка нагнал бурую мохнатую гору, летящую со скоростью курьерского поезда. И оседлал, вцепившись обеими руками в шерсть на загривке чудовища.
Страшный конь на всем скаку завалился набок и перекатился через спину, чтобы раздавить невесть откуда объявившегося клеща. Но Афанасий успел отскочить, хотя при падении больно ударился головой о плотный снег и на мгновение потерял ориентацию. Когда к нему вернулась способность соображать, битва перешла в финальную стадию: огромная лапа лежала на его шее, когти кромсали кожу на затылке, будто таежный хозяин собирался получить в награду скальп Афанасия, а тошнотворно смердящая пасть была открыта у самого лица охотника.
И Афанасий использовал последний свой шанс. Один шанс из тысячи…
Он отступил назад, развернулся и со всех ног помчался к изгороди, состоящей из колючей проволоки, сквозь которую был пропущен ток высокого напряжения. Медведь – за ним. Когда разъяренный зверь уже у самой ограды настиг Афанасия, таежник, теряя сознание, отскочил в сторону, а рычащее чудовище рухнуло на смертельные колючки и с ревом забилось в конвульсиях…
Очнулся Афанасий в лазарете. Ничего особенно страшного с ним в итоге не случилось. С головой все было более или менее в порядке. Дважды его навещал сам Штерн, внимательно вглядываясь в интересный человеческий материал, будто решая для себя, как его лучше использовать. Но решил он, в итоге, иначе.
Спасенная девчушка оказалась дочерью Ловушко, приходившей навестить отца на рабочем месте, и осчастливленный папаша решил отблагодарить героя. Ловушко был близким приятелем Штерна, но уламывал его долго. Штерн не хотел упускать столь способный экземпляр, однако хитрый майор сказал, что Афанасий будет стукачом и поставит на зону еще немало достойного материала…
В общем, оформили все так, будто за героизм скостили ему срок, и освободили месяц спустя с нужными документами. Это Штерн целый месяц тянул кота за хвост. Все откладывал решение…
За это время умерла жена, оставшаяся без ухода и средств к существованию. За три дня до выхода Афанасия Аянова на свободу. Этого таежник Штерну и не простил. И себя до сих пор считал виноватым в смерти супруги.
А Макар и не знал ничего. Он в то время находился в экспедиции от Кемеровского пушного техникума, где тогда учился. Аж на полгода уехал за Енисейский кряж куда-то