Отступник

его хорошо понимали, что их ждет. У ворот дома собралась вся знать Мензоберранзана, более тысячи дровов. Во главе стоял правящий совет, в который входили верховная мать Бэнр и еще семь верховных матерей. И, что самое ужасное для осажденного дома, здесь в полном составе присутствовали представители всех трех школ Академии, ученики и преподаватели.

Верховная Мать Мэлис провела свой клан в передний ряд, сразу за правящими верховными матерями. Она была верховной матерью Девятого дома, всего одним рангом ниже правящего совета, поэтому другие знатные дровы предупредительно уступали ей дорогу.

– Дом Текен’дуис прогневил Паучью Королеву! – объявила Верховная Мать Бэнр голосом, усиленным благодаря магическому заклинанию.

– Только потому, что у них ничего не вышло, – прошептал Зак Дзирту.

Бриза бросила на обоих злобный взгляд. Верховная мать Бэнр приказала подойти трем молодым дровам – двум женщинам и одному мужчине.

– Это все, что осталось от Дома Фрет, – пояснила она. – Скажите нам, сироты Дома Фрет, – обратилась она к ним, – кто напал на ваш дом?

– Дом Текен’дуис, – хором закричали они. – Слаженно звучит, – заметил Зак.

Бриза снова обернулась к ним и свирепо прошептала:

– Молчать! Зак шлепнул Дзирта по затылку:

– Слышишь? Молчи!

Дзирт попытался возразить, но Бриза уже отвернулась, а Зак так широко улыбнулся, что спорить было бессмысленно.

– В таком случае правящий совет желает, – заговорила верховная мать Бэнр, – чтобы Дом Текен’дуис понес ответственность за свои действия!

– А что станет с сиротами Дома Фрет? – раздался вопрос из толпы.

Верховная мать Бэнр погладила по голове старшую сироту, священнослужительницу, только что закончившую обучение в Академии.

– Они родились знатными, знатными и останутся, – сказала Бэнр. – Дом Бэнр принимает их под свое покровительство. Отныне они носят имя Бэнр.

Среди собравшихся прошелестел разочарованный шепот. Три молодых аристократа, причем двое из них женского пола, – это просто награда! Каждый дом города с радостью принял бы их!

– Бэнр, – прошептала Бриза на ухо Мэлис. – Чего-чего не хватает верховному Дому, так это священников!

– Да, похоже, шестнадцати верховных жриц им мало! – ответила Мэлис.

– Наверняка и каждого уцелевшего воина из Дома Фрет приберет Бэнр, заключила Бриза.

В этом Мэлис не была так уверена. Мать Бэнр пошла по рискованному пути, даже взяв к себе этих уцелевших аристократов. Если Дом Бэнр станет чересчур могущественным, Ллос наверняка сделает исключение из правил. Обычно в подобных ситуациях, когда дом оказывался практически искорененным, уцелевшие воины-простолюдины продавались с аукциона. Мэлис решила побывать на таком аукционе. Воины обходятся недешево, но на этот раз нельзя упускать возможность пополнить свои войска, особенно если среди новеньких окажутся такие, кто владеет магией.

Тем временем верховная мать Бэнр обратилась к членам провинившегося Дома.

– Дом Текен’дуис! – воззвала она. – Бы нарушили наши законы и понесете заслуженное наказание. Сражайтесь, если можете, но знайте: вы сами навлекли на себя такую участь!

Повелительным жестом она предложила действовать Академии, носителю Правосудия.

Вокруг Дома Текен’дуис было установлено восемь огромных жаровен, за которыми присматривали жрицы Арак-Тинилита и духовные лица высшего ранга из числа студентов. Когда верховные жрицы открыли ворота нижних уровней, вспыхнуло и взвилось пламя. Дзирт смотрел, как загипнотизированный, надеясь хоть краем глаза увидеть Дайнина или Вирну.

Обитатели нижних уровней, огромные многорукие чудовища, огнедышащие и покрытые слизью, выступили из пламени. Даже стоявшие ближе к жаровням верховные жрицы отшатнулись от чудовищных уродов. Те, казалось, приняли это как должное.

По сигналу верховной матери Бэнр они налетели на Дом Текен’дуис.

Во всех углах хлипких ворот взорвались заклинания-глифы, но они причинили лишь легкое беспокойство вызванным из нижних уровней чудовищам.

Затем в дело вступили маги и студенты Магика. Они стали забрасывать на крышу Дома Текен’дуис огненные шары и шары с кислотой. Вооруженные тяжелыми арбалетами студенты и преподаватели Мили-Магтира, военной школы, пускали стрелы в окна, за которыми могла укрываться обреченная семья.

В двери вломилась орда чудовищ. Раздался грохот, заполыхал огонь.

Зак посмотрел на Дзирта, и улыбка сползла у него с лица. От крайнего возбуждения – а Дзирт вправду был возбужден – на лице юноши появилось восторженное выражение.

Раздались первые отчаянные