Отступник

Знахарь, ожидая в ответ – «стреляю».
Однако стрельбы не последовало, хотя стволы автоматов возбужденно вздрагивали со всех сторон. Знахарь, положив палец на кнопку, врубающую круговой огонь, почувствовал даже некоторое возбуждение. Ну, давайте же, суки, ну!… Кто первый решится?
Но солдатики вдруг расступились, давая дорогу начальству.
Величественный прапор подошел вплотную к капоту и застыл, выпучив оловянные глаза и покачиваясь с носка на пятку.
Генерал Митрохин казался по сравнению с ним жалким щенком.
Сообразив, что Знахарь не собирается оказывать сопротивление и не намерен драпать скачками в лес, «Кутузов» соизволил внимательно его рассмотреть. Щурясь, он пристально вгляделся сквозь тонированное стекло.
Потом прапор сделал два шага назад и, наклонившись настолько, насколько ему позволяло огромное брюхо, внимательно прочитал номер автомобиля, беззвучно шевеля пухлыми губами.
Наконец он выпрямился и важно кивнул головой.
Эрекция у автоматных стволов разом пропала. Вместо грозных бойцов на Знахаря с любопытством и завистью смотрели простые деревенские парни. Некоторые из них впервые видели такой важный автомобиль.
Обошли кругом, цокая языками и пуская слюни…
– А ну, бля!…
Начальство профессионально произнесло матерную тираду высотой в пять этажей и длиной в полкилометра. Суть ее свелась к тому, что не хер глазеть, а надо грузить.
– Так точно, товарищ прапорщик! Будет сделано, товарищ прапорщик!… – загомонили бойцы и мгновенно исчезли за кустами.
Их было шестеро, поэтому появлялись они попарно, вынося из-за кустов очередной ящик. Пять небольших прямоугольных поместились в багажник, а один узкий, но длинный – в салон по диагонали. На переднем сиденье разместился небольшой «дипломат», в котором были блоки питания и инструкции. Закончив погрузку, бойцы выстроились в ряд вдоль дороги, переминаясь с ноги на ногу, готовые исполнить любое указание дорогого босса.
Прапор, выставив на них брюхо, рявкнул так, что с ближайших елей посыпалась хвоя. Потом небрежно взял под козырек и испарился. Исчез, растворился, слился с сумраком, сгущавшимся между стволами деревьев…
Выбравшись из чащобы, Знахарь снова оказался на томской трассе.
Километров через пять он въехал в небольшой поселок городского типа, увидел стоявший рядом с шоссе, рассекавшим поселок на две половины, стеклянный павильон, украшенный яркими разноцветными надписями, и почувствовал, что хочет пить.
Остановившись возле павильона, он вышел из машины и, поставив ее на сигнализацию, вошел в павильон. Внутри было жарко, поэтому, купив бутылку ледяного «Нарзана», Знахарь вышел из павильона и, вытерев лоб, откупорил «Нарзан». Сделав несколько сладострастных глотков, он открыл машину и сел за руль. Теперь оставалось только добраться до пристани, а там – на «Аврору» и домой.
Вставив бутылку в специальный держатель, Знахарь завел двигатель и поехал в Томск.
То есть он хотел поехать, уже тронулся, но через секунду услышал, как правое заднее колесо с жующим звуком катится по асфальту на спущенной резине. Этот звук был знаком Знахарю, и он опознавал его сразу.
Только этого еще и не хватало.
Выключив двигатель, он в сердцах ударил ладонями по рулю, затем вынул ключи из замка и, выйдя из машины, пошел открывать багажник, чтобы поменять колесо.
Достав запаску и бросив ее на асфальт, Знахарь вытащил домкрат, присел на корточки у колеса и уже воткнул шток домкрата в соответствующее ухо под днищем, как вдруг иголочка сомнения кольнула его память.
Заднее правое – спущено…
Водитель, матерясь, сидит на корточках и отвинчивает болты, а седой стареющий вор, осторожно подойдя к водительской двери, вытаскивает барсетку и, спокойно отойдя на несколько шагов, убыстряет ход, а затем откровенно убегает. Эту картину Знахарь видел однажды из окна трамвая, сворачивавшего с Тучкова моста к стадиону Ленина.
Знахарь улыбнулся и, демонстративно звякая железками, нагнулся к самой земле. Глядя под машину, он через несколько секунд увидел ноги в кроссовках, которые на цыпочках подошли к водительской двери. Тогда он быстро встал и, сунув руку за пистолетом, но не вынимая его, увидел, как парень в спортивной одежде, просунувшись в салон, тянет за ручку драгоценный дипломат.
Знахарь сделал шаг в сторону похитителя, но в это время почувствовал сильный толчок в плечо и, машинально обернувшись, увидел перед собой крепкого молодого мужчину, который тоже был одет в спортивный костюм. Тот, улыбаясь, схватил Знахаря за плечи и, как бы невзначай отвернув его от машины, стал извиняться и спрашивать, не больно ли он, дурак