Политический триллер — русские в Ираке, 2020 год. Контрнаступление на исламский джихад.Это совершено новый проект. Совершенно новая книга.Книга не о проблемах и безысходности — а о чести и доблести. О простых русских людях, которые своими усилиями изменяют мир, о гражданских — и о военных. Книга не о том, как отбиваться от врагов — а как перехватить инициативу и перейти в контрнаступление. Книга о том, как можно сделать так, чтобы все было хорошо — здесь, сейчас, а не в сорок первом году, куда вы попали, случайно ударившись головой (и прямо в приемную Сталина).Книга о том, что надо действовать, а не мечтать — опять-таки, здесь и сейчас, а не в прошлом.
Авторы: Афанасьев Александр Николаевич
Как то так получилось, что в стране до сих пор не сложилось нормальной экономики, которая способна была бы прокормить народ. Как то так получилось, что мы сделали ставку на лживых и никчемных подонков, которых поставили у власти и которые теперь набивают карманы. Их лживость и никчемность была очевидна сразу — но почему то никто не обратил на это внимания.
Как то так получилось, что мы не нашли никакого химического оружия, о котором наше правительство говорило на трибуне ООН и даже каким то пробирками трясло. Как то так получилось, что вместе с нами нет ни немцев, ни французов, которые были всегда с нами — а есть только поляки и другие мелкие страны. Как то так получилось, что нашу страну ненавидит и презирает все больше и больше людей. И как то так получилось — что никто не задает вопросов, не пытается что-то исправить — а просто делает вид, что ничего нахрен не происходит. Но делать вид, что ничего не происходит сидя в Вашингтоне и делать вид, что ничего не происходит сидя в Багдаде — несколько разные вещи…
— Что ж… — сказал Алекс — вот мы сейчас и проверим, боятся они нас или нет.
— Что? Вот… черт…
Две машины — приближались к ним, пыля по грунтовке. Одна из них — пикап, белый, новый, кажется, Корпуса гражданской реконструкции, с выбитым взрывом лобовым стеклом и поврежденными фарами. В кузове не было никого, но оно и понятно — никто не будет разъезжать с орудием в кузове, они уже смекнули, что как только пилот вертолета видит вооруженных людей — он имеет право стрелять сразу, а если не видит — то только тогда, когда есть развединформация или прямой приказ. Другая машина — бело-красный седан Ниссан-Максима, точнее — его корейская копия, под названием Самсунг.
Этот выглядит неповрежденным, удерживается за пикапом.
— Не стрелять… — прошипел Майк, заметив как сотрудник ЦРУ приложился к пулемету — только по команде. Может, они проедут…
Хотя оба они знали, что нет — ни хрена не проедут. Просто это — слишком удобное место, домик посреди лимонной рощи. Единственное такое удобное место в округе. Им пришлось выбирать между риском обнаружения противником и риском просто быть расстрелянными, не имея никакого укрытия в зарослях. Выбрали, вот, первое.
Снова появился Алекс, сразу залег. Судя по звукам — остальные, кто мог держать оружие, занимали позиции.
— Так, если остановятся — только по команде, ждать, пока они остановятся и выйдут из машин. Все ясно?
— Да, сэр…
— Приготовиться! Оружие к бою!
Алекс очень надеялся что они проедут мимо. Но сукины дети — начали останавливаться…
Из такси — вылезли сразу четверо, все кроме одного — в масках. Еще один — выбрался из пикапа, сдернул брезент с кузова. Начал доставать и передавать остальным какие-то стальные конструкции, похожие на гибрид пулеметного станка и гриля для барбекю.
Сукины дети…
Перед ними — была команда бомбометчиков. В пикапе — было все необходимое для того, чтобы обстрелять американскую базу: примитивные, сваренные на коленке в одной из многочисленных местных авторемонтных мастерских направляющие для снарядов и сами снаряды. Их конструкция — это гибрид палестинского Кассама и русского снаряда Катюша, в отличие от палестинского — он намного мощнее, потому что тут нет проблем ни с взрывчаткой, ни с компонентами для изготовления самодельного ракетного топлива. Взрывчатка — вытапливается из многочисленных неразорвавшихся или просто украденных со складов мин и снарядов. Корпус изготавливается из обрезка водопроводной трубы. Конус — из обычной кровельной жести, из них же — примитивные стабилизаторы полета. Точности никакой — но этого и не надо, такие снаряды нужны для ведения беспокоящих обстрелов. Взрыватель — самодельный, из переделанного запала гранаты. Себестоимость — около двадцати долларов, на базаре продают от тридцати до ста в зависимости от обстановки и активности контрразведки, накрывающей такие подпольные мастерские. Сами подпольные мастерские — часто никак не связаны с сопротивлением, они просто производят и продают то, что пользуется спросом. Деньги на покупку — боевики вымогают у местных бизнесменов, чиновников либо получают из-за границы от лиц, заинтересованных в дестабилизации обстановки, в том, например, чтобы Ирак не вышел на рынок со своей нефтью и не опустил цены на нее. В относительно спокойный день — на провинцию приходится семь — восемь таких обстрелов, значит — расходуется пятьдесят — шестьдесят таких снарядов или около тысячи по всему Ираку в сутки. Результат — один — два раненых, погибшие бывают редко, но напряженность сохраняется и этого достаточно. Если взять цену на ракетный снаряд за пятьдесят баксов и банально перемножить — получается пятьдесят
