Политический триллер — русские в Ираке, 2020 год. Контрнаступление на исламский джихад.Это совершено новый проект. Совершенно новая книга.Книга не о проблемах и безысходности — а о чести и доблести. О простых русских людях, которые своими усилиями изменяют мир, о гражданских — и о военных. Книга не о том, как отбиваться от врагов — а как перехватить инициативу и перейти в контрнаступление. Книга о том, как можно сделать так, чтобы все было хорошо — здесь, сейчас, а не в сорок первом году, куда вы попали, случайно ударившись головой (и прямо в приемную Сталина).Книга о том, что надо действовать, а не мечтать — опять-таки, здесь и сейчас, а не в прошлом.
Авторы: Афанасьев Александр Николаевич
стало. В Ираке пять крупных озер, три их них — Эль-Мильх, эль-Хабания и Тартар — недалеко от Багдада, чуть дальше — Хадита. Тартар самое крупное из всех, иракцы называют иногда его морем. Раньше сюда было нельзя, тут был дворец Хусейна и еще отдыхали советники и старшие армейские офицеры, само озеро постоянно охранялось. Теперь тут строят отели, и бывший дворец Саддама тоже перестроили в отель, но можно и дикарем позагорать, если подальше отъехать. Озеро отличное — чистое, песок белый как снег, грязи почти нет — иракцы аккуратнее нас, бычки и битые бутылки в песок не бросают, собаки тут тоже не гадят. В пятницу — после намаза, немало народа подтягивается сюда и весело бывает до ночи.
Дорога до озера — идет через Эль-Фаллуджу, потом — через Эр-Рамади. Это смертельно опасное место, так называемый суннитский треугольник или стальной треугольник. Сколько американцев тут погибло — не сосчитать. Собственно говоря, все проблемы у американцев начались с того, что в Эль-Фаллудже разъяренная чем-то толпа (чем именно — так и не поняли, то ли была стрельба, то ли нет) — остановила внедорожник, в котором было четверо контрактников. По правилам контрактников — если одна из машин конвоя остановилась, сам конвой не останавливается, бросая коллег на произвол судьбы — жизнь VIPа дороже, за нее заплатили. Машину окружили, облили бензином и подожгли, устроили вокруг нее пляски. Как на грех — там оказался оператор с камерой, все это заснял, информация попала в западные СМИ — нагляднее некуда. Американцы и до этого знали, что творится в городе и в окрестных городах — но разбираться не решались, решали по принципу «не трожь лихо, пока оно тихо». Тут — уже так не получалось, появились вопросы, на которые требовалось дать ответ. Устроили зачистку Эль-Фаллуджи, как оказалось — город буквально кишел боевиками. В числе прочих — взяли главу иракской Аль-Каиды, Аз-Заркави, цель номер один в Ираке. Но в бардаке его не опознали — и он прошел фильтрацию, чтобы дальше сеять смерть. После того, как зачистили эль-Фаллуджу — мира между иракцами и американцами быть уже не могло…
Но так дорога хорошая. Бетонная, при Саддаме строили на века. Места где были взрывы уже заделали, только если присматриваться на небольшой скорости видно — немного другой цвет бетона. Мелькают восстановленные развязки — американцы их бомбили особенно усердно. Болись переброски войск и того, что под ними скрываются невидимые с воздуха танки.
Машин много. При Саддаме — бензин дешевле воды стоил, потом пришли американцы и сказали что так не дело и подняли цены до среднемировых. Это стало одним из поводов для взрыва. А знаете, кто принимал самое непосредственное, и наверное даже определяющее участие в разработке программы экономического развития постсаддамовского Ирака? Егор Тимурович Гайдар вместе с его приснопамятным институтом, чтоб его. Главным разработчиком программы числился Лешек Бальцерович, еще один крайне либеральный экономист, но он в то время руководил Национальным банком Польши — и много ли у него было времени на разработку программы экономического восстановления Ирака? Навряд ли. А вот Гайдар
был свободен, и у него под рукой целый институт — тем более что он был учеником Бальцеровича. Я совсем не удивлюсь, если к разработке программы приложил руку еще один русский экономический гений — А.Б. Чубайс. И я совсем не удивляюсь, если когда-то вскроется, что смерть Гайдара была совсем не случайной и связана как раз с иракскими событиями. Потому что американцев тут встречали с цветами, а через несколько месяцев реформ Гайдара — началась гражданская война.
Дальше продолжать не буду. Sapienti sat — а неумному что не говори, все не в кассу.
Сейчас все проще. Ирак примерно в таком состоянии, в каком находились мы в 2001–2005 годах. Мы тут не только воюем, специалисты по экономике у нас тоже есть. Рецепт в принципе известен, здесь он реализуется проще — мало нефти, меньше народа, и тепло — ниже издержки. В частном секторе — ставка на бизнес. В государственном — подгребание под себя ресурсов, перераспределение средств на национальные проекты — например, достройка сети мощных железных дорог, связывающих Ирак, Иран, Сирию, возможно потом и Афганистан с Пакистаном — с Россией и Средней Азией. Достройка дорожной сети, строительство портов. В общем — работы хватает. И то, что мы не добираем на нефтянке — добираем на стройке, строители в основном наши работают, это решение политическое. Израиль не осмелиться ударить по объектам, где работают русские строители — риск слишком велик. Китайцы тоже лезут… но у нас отношения с властью лучше. Все-таки Китая на Востоке побаиваются и не зря.
Прохожу Фаллуджу по новенькой объездной. Трасса эта
