что мне следовало позволить ей обратиться в жандармерию?
— При нынешнем положении дел — нет! Пришлось бы слишком многое объяснять. Возможно, жандармы проводили бы поиски с особенной тщательностью, раз речь идет о помощнике прокурора, но что конкретно они могли бы предпринять? Расспрашивать людей, переходя от дома к дому, но был бы результат? Баски становятся слишком недоверчивыми при виде форменного кепи. Возможно, жандармы лишь смогли бы узнать, что кто-то видел молодого человека в этих местах. Разумеется при условии, что этот «кто-то» пожелал бы в этом признаться! Судя по всему, наш друг увлекся и слишком близко подошел к замку, особенно, если он заметил там даму своего сердца. Я совершил глупость, привезя его сюда!
— Почему же вы это сделали?
— Я думал, так всем будет спокойнее. Я дал ему четкие инструкции: до нового приказа ему следовало только наблюдать за замком Ургаррен и его обитателями и делать это как можно незаметнее, чтобы узнать об их распорядке дня, привычках…
— К сожалению, — вздохнула мадам де Соммьер, — наблюдать не за чем. Мы этим занимаемся уже несколько дней и никого не видели ни в саду, ни за окном, когда его створки открываются. Никто не входит, никто не выходит. Если бы из труб не шел дым и время от времени не открывались бы окна, можно было бы подумать, что дом совершенно пуст.
Ночью свет в комнатах не горит. Ах, да, чуть не забыла! Хозяева замка встречают залпом дроби каждого неосторожного, кто решится позвонить у ворот…
— А вот этим уже следует заниматься жандармерии! Вы что же, пробовали войти?
— Вы сама любезность! — возмутилась План-Крепен. — Если вы намекаете на меня, то позвольте вам напомнить, что и меня, и нашу дорогую маркизу эти люди прекрасно знают. Свинцовая дробь почти столь же неприятна, как и пули. Перед нами настоящая крепость.
— Я в этом не сомневаюсь. Не могли бы вы показать мне ваш наблюдательный пост?
Все встали из-за стола и вернулись в гостиную. Там они увидели Онорину, читавшую вечерние молитвы. Она ужинала вместе со всеми только в те дни, когда не было поста. Мари-Анжелин провела Адальбера в спальню мадам де Соммьер, где тот, при виде адмиральской подзорной трубы, восхищенно присвистнул.
— У вас отличное оборудование!
— Согласна, но оно нам не слишком помогло.
В течение долгих минут Адальбер рассматривал враждебный замок. Ему повезло: пока они ужинали, поднялся сильный западный ветер и прогнал дождевые облака. Видимость была отличной, но Видаль-Пеликорн смог лишь убедиться в правоте наблюдательниц. В окнах, явно закрытых изнутри ставнями, не было ни единого огонька. Он не заметил никаких признаков жизни, даже из труб не поднимался дым.
— Можно было бы поклясться, что замок пуст! Мне очень хочется пойти и посмотреть!
— Сейчас?
— А почему нет? Машину я оставлю в рощице, которая расположена справа от замка. И стены, кажется, не очень высоки.
— Тогда и я пойду с вами. И не стоит тратить время на споры! Вам нужен кто-то, кто будет стоять на страже.
Адальбер достаточно хорошо знал Мари-Анжелин, чтобы понимать всю бессмысленность споров с ней. Через несколько минут, переодетая в один из «деревенских» костюмов Приски, с ружьем в руках и патронами в кармане, она уже сидела рядом с ним в автомобиле.
От Сент-Адура до лесочка, присмотренного Адальбером, расстояние было небольшим. Там они оставили машину и дальше пошли пешком. План-Крепен несла на плече ружье, Адальбер прихватил моток веревки. Они быстро дошли до крепостной стены Ургаррена и последовали вдоль нее, чтобы убедиться в том, что ворота в замке только одни. Не нашлось даже потайной калитки, чьи замки явно не устояли бы перед ловкими пальцами археолога.
— Придется лезть через стену, — прошептал он. — Этот высокий дуб с ветвями над стеной кажется мне весьма подходящим. Вы взберетесь мне на плечи и привяжете веревку так, чтобы ее концы спускались по обе стороны ветки. Я… давно не тренировался.
Ночь скрыла насмешливую улыбку Мари-Анжелин, которая разумно остереглась спрашивать, когда он последний раз взбирался на пирамиду.
— Приобретенные вами навыки долго не забываются, — добродушно сказала она.
— При условии, что вес остался прежним!
— Будет вам! Вы стройны, как кипарис!
— Она еще и смеется надо мной!
Адальбер и Мари-Анжелин довольно быстро оказались сидящими рядом на стене, к счастью, лишенной железных пик или осколков стекла, которыми особо подозрительные люди украшают свои изгороди. Их глаза привыкли к темноте, и с высоты за редкими деревьями они видели замок, расположенный на краю заросшего травой склона. Оттуда любой «гость» был бы без труда замечен. Вокруг не было ни деревьев,
