она добавила, довольная собой:
— Вы правильно сделали, что поручили это мне. Слуга вышел посмотреть, почему Берта задержалась. Минутный разговор с соседкой не вызовет никаких подозрений, но если бы Берта в столь ранний час говорила на улице с незнакомым мужчиной, это показалось бы странным.
— Я тоже об этом подумал! Вы же знаете, что незаменимы!
— Не стоит преувеличивать! Кстати, о заменах… Нет ли какого-нибудь способа договориться в посольстве о том, чтобы на место Сервона отправился брат Теобальда?
— Ромуальд? Если он свободен, то идея неплохая… Нет, она просто отличная! Мы сейчас же узнаем, что можно сделать!
Полчаса спустя Альдо остановил машину перед домом Адальбера. По пути они заехали на улицу Руаяль в кондитерскую Ладюре за бриошами
, круассанами и другими лакомствами, которые должны были подсластить их нежданный визит. Адальбер был гурманом, и ему легко было доставить удовольствие подобным образом. Он не относился к породе «жаворонков» и рано вставал только на раскопках, поэтому они пришли как раз вовремя. Адальбер облачился в халат, и все уселись за стол, на котором стояли издающие манящие ароматы кофейник и кувшин с шоколадом. Все это было подано практически мгновенно, так как Морозини предупредил Теобальда, что он им понадобится. А это всегда радовало образцового слугу закоренелого холостяка.
Щедрая природа произвела на свет этот достойный образец в двойном экземпляре: у Теобальда был брат-близнец Ромуальд. Внешне они были почти неразличимы и в профессии легко заменяли друг друга. Отличались только вкусами. Ромуальд, имевший прозвище «полевая мышь», предпочитал жизнь в деревне и с любовью занимался своим садом. Теобальд, или «мышь городская», отдавал предпочтение городу. Это не мешало братьям оказывать друг другу разнообразные услуги. Они оба были искренне и в равной мере преданы Видаль-Пеликорну за то, что во время войны он спас жизнь Теобальду, рискуя собой. То, что ценил один брат, становилось ценностью и для другого.
Теобальд, не чуждый приключениям, и сам бы с удовольствием отправился «в пасть льва». Но Адальбер не был настолько близок с Вобреном, чтобы ради него пожертвовать своим комфортом. Поэтому он ограничился звонком Ромуальду и коротко изложил суть проблемы, не вдаваясь в детали. Ромуальд пообещал приехать, и друзьям оставалось только обеспечить его рекомендациями из испанского посольства.
Ромуальду требовалось время, чтобы доехать из Аржантея на мотоцикле, и Альдо с Мари-Анжелин решили на некоторое время вернуться к маркизе де Соммьер. Тетушка Амели, должно быть, уже волновалась, почему они так долго задержались на улице Лиль…
И они не ошиблись в своих предположениях. Старая дама не находила себе места.
— Почему вы так задержались? — гневалась она.
— Главное, что мы не напрасно потратили время, — парировал Альдо, ставя ей на колени коробку с миндальным печеньем, которое маркиза обожала. Он не забыл купить его в кондитерской Ладюре. — И теперь нам нужна ваша помощь! У вас есть связи в испанском посольстве?
— Раньше они у меня были, но теперь все в прошлом — с тех пор, как маркиз де Каса Гранде умер лет пять тому назад. Я была знакома и с его женой-француженкой… Странно, что План-Крепен этого не помнит.
— Мы так давно не видели маркизу, признаю, что и о ней забыла.
— Удивительно! Она так старалась сбить вас с пути! Надо сказать, — заметила тетушка Амели, обращаясь к Альдо, — что маркиза набожна, как раскаявшаяся проститутка, и она сочла План-Крепен идеальной «подружкой».
— Но я не навязывала ей свое общество! — пробормотала, краснея, Мари-Анжелин. — Мне бы не хотелось возобновлять с ней отношения.
— Отлично! — Альдо пожал плечами. — Тогда у нас остается только племянник кухарки княгини Дамиани. Где она живет?
— Княгиня? На авеню Мессины. Дом 9, кажется… Вы хотите туда сходить?
— Почему бы и нет? — заметила маркиза де Соммьер. — Я не знакома с этой Дамиани. Знаю только, что она уже немолода. Но едва ли она сделана из особого теста, так что ты, Альдо, должен ей понравиться…
Но Морозини не пришлось пустить в ход свое обаяние — княгиня на несколько дней уехала. Но ему легко удалось добиться встречи с Евгенией Генон, любезно обещавшей дать один из своих рецептов мадемуазель дю План-Крепен, к несчастью, захворавшей.
Пресловутая Евгения была явно польщена отведенной ей ролью. Потребовалось всего три телефонных звонка, и дело было сделано.
Племянник Гастон спросил в доме Вобрена, свободно ли еще место дворецкого. Получив утвердительный ответ, он договорился о встрече, чтобы лично сопроводить кандидата на эту должность к шести часам вечера…
Бриоши— маленькие пышные булочки из нежного, тающего во рту сладкого теста. Рецепт впервые был предложен французским кондитером Бриошем.
